– Как Яков?

«В каком смысле?!»

– Он не кажется подавленным. После визита родственников.
– Даня решила двинуться для начала по наиболее безопасному пути.
– Готов к работе.

– Ясно.
– Глеб постучал пальцем по корешку меню.
– Я позволил себе заказать для нас овощную нарезку. Попозже приступим к чему-нибудь более основательному.

– Да, хорошо. Спасибо.

Даня слегка вздрогнула, когда в их приватный закуток заглянул официант с салатами и графином с водой.

Подождав, пока он удалится, девушка сама продолжила диалог.

– В конце недели Яков выступит в конкурсе-отборе за право участия в рекламной кампании продукта «Ледяной мираж». Договоренность с организаторами достигнута. Сегодня уже проведена тренировка основного выступления.

– И дня не прошло, а ход уже сделан?
– Глеб поставил левый локоть на стол, уместил на кулаке голову и задумчиво воззрился на нее. По-прежнему расслабленный и в какой-то мере даже меланхоличный.
– Превосходная результативность.

– Не много ли похвалы?

– Это констатация.
– Сегодня Глеб почти не улыбался.
– А ставит программу и тренирует его, так понимаю, Регина Горская?

– Она единственная, кто сумеет его подготовить.

Глеб провел пальцем по краю стакана. На кончике осталась капелька.

– Не сомневаюсь. Думаю, можно сказать, что она добилась своего. Тренирует его в открытую, не рискуя нарваться на мой гнев. Овации в ее честь.

Пока еще оставалось время, требовалось кое-что прояснить.

– Ты недолюбливаешь Горскую именно поэтому? Потому что она хотела его тренировать?
– Даня задала вопрос без всяких увиливаний, надеясь на такой же прямой ответ.

– По-моему, мы это уже обсуждали.

– Но не так подробно.

Глеб зажмурил левый глаз и, неспешно закинув руку назад, потер плечо. Похоже, томное состояние его вполне устраивало, а вот Дане расслабиться не удавалось. Она сидела, вытянувшись по струнке, и с силой сжимала собственные коленные чашечки.

– Ничего сверхъестественного. Горская считала, что после реабилитационного периода Якову следует продолжать тренировки. Я же полагал, что занятие фигурным катанием будет навевать плохие воспоминания. Не говоря уже о том, что это могло спровоцировать нервные реакции, воздействовать на психику и ухудшить и без того нестабильное состояние ребенка. В общем, мы не сошлись во мнениях. Яков, как ты понимаешь, встал на сторону Горской. Меня же невзлюбил.

– Слишком громко сказано.
– Даня нахмурилась.
– Он ценит тебя. Ты вытащил его из ада. И, к слову, Яну прямо в лицо сказал, что он - твой ребенок. Ты ему дорог. Даже несмотря на то, что вы частенько ругаетесь.

– Такое чувство, что ты нас помирить хочешь.
– Глеб наконец-то улыбнулся нормально.

– Просто мне бы очень хотелось, чтобы вы продолжали заботиться друг о друге.

– Что ж, благодаря тебе к нам отчасти вернулось прежнее взаимопонимание. Твоя забота особенная. Размеренная. Так что, пожалуйста, продолжай заботиться о нас и дальше.

«Ох…»

Лицо окаменело. Весь опыт спектаклей с мимикой ускользнул в поглощающую тьму вины.

«Тебе придется через это пройти, Шацкая. Терпи».

– Я сегодня разговаривал с Амалией.

Даня чуть стакан со стола не свалила.

– Когда?..

– Утром. Именно из-за этого и пришлось перенести нашу с тобой беседу. Она попросила встретиться.

Глеб взял паузу и принялся пить воду. И делал это ужасающе медленно. Теперь уже Дане захотелось свалить стакан на пол специально. И чтоб сразу вдребезги.

– И что она сказала?

– Что тебя нужно снять с должности менеджера Якова.

– Предсказуемо.

«Черт».
– Последнее Даня не планировала говорить вслух.

– И все?
– спросила с надеждой. Все-таки Амалия была вполне способна подложить серьезную свинку.

– Помнишь, я сказал, что Яна никогда не били?

– Помню.

– Не совсем правдивое высказывание. За прожитую жизнь его били два раза. Первый удар он получил от меня. Я ударил его сразу после того, как он скинул Якова с обрыва.

?

Даня кивнула, воспринимая это как само собой разумеющийся факт. Лично она, наверное, после такого поступка в лучшем случае перегрызла бы ему горло.

– Второй человек, посмевший ударить его, - это ты.

– Я не жалею.

– Знаю.
– За этой фразой последовал смешок, который весьма удивил Даню.
– Амалия сказала, что жалеет о том, что в свое время на пути Яна не встретилась такая девушка как ты.

– Что? Не поняла… Это как?

Снова смешок. Глеб побарабанил пальцами по столу и поморщился, будто сам не верил в то, что собирался сказать.