– Одну тряпочку могу оставить.
– Яков искоса глянул на Даню.

Сердце застучало.

«Спокойно, спокойно».

– Мы вообще-то работаем, - кашлянув, сказала она.
– Договоренность достигнута. Ты в предварительном соревновании за право участвовать в длительной и перспективной рекламной кампании. Регина ставит выступление для проката. Через неделю обеспечишь себе место. Или нет.

– Я не слышал твоего «или».
– Яков начал на нее наступать - незаметно, но внушительно для нее.

«И не шарахнуться ведь в сторону.
– Даня вся подобралась.
– А очень хочется».

– Мы… - Голос подвел. Даня попробовала снова.
– Мы сейчас отправимся на каток. Я договорилась с тем спорткомплексом, который ты у нас успел пару раз уже штурмануть. Оказывается, собственник здания - супруга у того дедули-охранника. А ты у него на хорошем счету, хоть и безголовый.

– Эй, я же в последнее время хорошо себя вел. Хвали меня.

– Цыц. Сейчас и покажешь на тренировке, как ты готов.
– Даня была рада выплеснуть эмоции на что-то другое.
– Подробности расскажу по дороге.

Регина суетливо метнулась в одну, в другую сторону.

– Ой, ой, дайте собраться! Уже бегу, уже, уже!
– Она рванула в сторону подсобного помещения.
– Надо взять что-нибудь для переодевашек. И, может, какие подручные средства для тренировок?!

«Так.
– Даня мысленно выдохнула.
– Вроде бы все идет неплохо.
– Я справлюсь, если буду держаться подальше от Якова. Все просто. Мне всего лишь нужно не прибли…»

Ее шею обхватила рука, а прохладные пальцы мягко нажали на подбородок, приподнимая ее голову. К спине прижалось стройное тело, и Даня вдруг оказалась в крепком капкане.

– Ты что?..

Закончить не успела. Яков прикоснулся губами к ее, однако не ограничился легким чмоком. Скользнул языком дальше, и мгновенно углубил поцелуй.

Глава 34. Земля не удержит

Горячо и сладко. Захотелось закрыть глаза и насладиться…

Меткий удар локтем в бок заставил Якова икнуть. С такого расстояния и слепой попал бы в цель.

– Жестоко.
– Он отпустил девушку, согнувшись, обхватил себя руками и потер атакованное место.
– По-моему, ласки должны быть чуть более ласковыми.

– Какие, блин, ласки?
– прошипела Даня, борясь с нахлынувшими чувствами.
– Ты чего творишь?! Мы тут не одни, забыл?

– Жадина.
– Яков выпрямился и ухмыльнулся. Судя по довольному виду, пострадавший на самом деле не так уж сильно пострадал. Он осмотрелся вокруг, демонстративно приложив руку ко лбу «козырьком».
– Тихо… Ни души. Видишь? Так что требую добавки.

– Ну уж нет.

– Тогда требую бартера.

– О чем ты?

– Обмен. Мне же что-нибудь светит за сувенирчик?

– Какой еще сувенир?
– Ей хотелось провалиться сквозь пол - куда-нибудь в подвал и еще ниже. Догадаться, к чему клонит Принцесса, не составило особого труда.

– А куда ты там мои трусишки пристроила?
– Якову явно было весело. Он, мурлыча какую-то бодрую мелодию, скользнул вперед и совершил пару танцевальных па вокруг нее.
– Ра-а-ас-ска-а-а-жи-и-и.

Ничего путного в голову не приходило. Даня убито молчала.

– Все-таки соорудила алтарь? – поддел он ее.
– А чупа-чупс мой до сих пор хранишь? Так что ты там с моим бельишком делаешь?

– А ты с моим?
– Даня скептически приподняла одну бровь.
– Что-то я не нашла те якобы возвращенные тобой трусики. Принес - видела, а потом что? Снова упер?

– Первый раз ты сама оставила их у меня, - напомнил Яков. Зеленые глаза блестели, как капельки росы на цветочном стебле.

– А второй?

– Второй раз да, упер, - легко признался он.

Даня обескуражено уставилась на него. Ни капелюшечки смущения у этой дико привлекательной пальмочки. А она ведется на его слова как наивная ромашка. Такая вся серьезная и хладнокровная, а дала себя втянуть в провокационную болтовню о нижнем белье.

– Я случайно.
– Даня мысленно возвела глаза к небу, потому что прозвучало это абсолютно неправдиво.
– Случайно утащила.

– И я случайно.

– Ты же сказал, что сам упер.

– Случайно упер.
– И подкреплением признания, не имевшем даже намека на раскаяние, послужила широченная улыбка.

Вот опять. Она могла бы закончить разговор. Но нет, продолжает глупую болтовню.

Дане не нужно было далеко лезть в дебри разума. Ведь виноват был вовсе не разум.

Ейхотелосьразговаривать с Яковом. И намного дольше. О чем угодно. Просто слышать его голос. И наблюдать за его ярчайшими эмоциями.