— Да брось, — улыбнулась я, — я тебе уже всю свою жизнь пересказала, а ты…

Я всё ещё не призналась ему, где карта, и в том, что я вообще знакома с Каринайрой. Он бы тут же понял, кому я сдала её на хранение.

— Я хожу между пространствами, — просто сказал он.

Ничего не поняла.

— Я могу прямо сейчас войти в другую точку пространства, в любом месте Третьей Вселенной.

Глаза расширялись сами собой, челюсть отвисла, а брови уползли куда-то вверх. Тайр заржал, сложившись пополам, он вообще много и безудержно веселился. Так и не скажешь, сколь одаренный парень сейчас перед тобой тут веселится.

— Видела бы ты свою физиономию.

— Любое место по своему выбору?

Он кивнул.

— Ничего себе.

— И ещё я могу пройти между бранами.

— Между бранами наших Вселенных? Ты что? Ходишь между Вселенными?

Он опять весело гукнул.

— К-как?

— Ммм, в самом легком варианте, — здесь могут быть легкие варианты? — Я создаю собственного двойника. Называется «нагваль». С его помощью хожу по заданиям МГС то там, то сям. Туда, куда мне нужно. Куда им нужно. Я вообще себе не принадлежу.

— Не понимаю, зачем ты на них работаешь? Ты же можешь исчезнуть в любой момент, никто из них тебя не найдет. Эта кабала, то, с чем я никогда не могла согласится.

— Бунтарка. Вот поэтому ты и оказалась ни с чем.

— Это мы ещё посмотрим.

— У тебя есть какой-то план? — оживился он.

— А у тебя нет? Айгэнты живут миллионы лет, и ты всю жизнь планируешь быть их собачкой в услужении? Со скольки лет ты на них работаешь?

— С четырнадцати.

— Ничего себе.

— Я рано повзрослел.

Я бы так не сказала. Но промолчала.

— Значит, ты можешь и ключ между бранами достать?

— Какой ключ? — он сделал вид, что не понимает.

— Тот, который… — я тоже запнулась.

Ведь Йер мог не рассказать ему, что потерянный им ключ, который я увидела в свой уничтоженный девайс, в действительности сейчас завис в безвременном пространстве между нашими бранами. Я-то точно знала координаты, видения Нарах-Тена забыть было невозможно. Но Йер мог ему и не рассказать.

— Не знаешь, рассказал мне дядюшка или нет? — подмигнул он. — Я знаю. Но интересно, почему ты обо всем этом знаешь?

— Я же говорила тебе об уровне тех отношений, которые сложились между всеми нами в той заварушке.

— И теперь ты втягиваешь в этот ваш тайный круг и меня тоже, да?

— Это лишь твой выбор. Быть с нами или бегать собачкой МГС миллионы лет.

Он проигнорировал мой выпад:

— Слишком много тайн хранится в этой юной головке. Вот бы их как-то оттуда достать.

Я отпрянула. Иногда он пугал меня до дрожи. Я все еще не знала, чего от него ждать, хотя и пыталась расположить его своей откровенностью, взывая к чувству справедливости. Но пока не понимала, получается у меня или нет.

— Слушай, ты никогда ничего не слышал о судьбе Иллеанея? Он всё ещё в тюрьме?

— Так вот, зачем ты со мной общаешься, маленькая хитрюга. Хочешь узнавать через меня все сплетни МГС? Я ведь вижу, что ты делаешь: пытаешься расположить к себе, рассказываешь грустные истории о своей судьбе и о том, как с тобой обошлись. Не деликатно, милая, даже грубо.

— Ты же не читаешь мысли…

— Милая, да у тебя просто все на лице написано. Тебе может казаться, что это не так, но любой рептилоид раскусит тебя на счет раз. Настоятельно советую лучше работать над выражением твоей милой мордахи.

— Спасибо за бесплатные советы. На чьей ты стороне?

— Все айгэнты всегда только на своей стороне, даже добрый дядюшка Ийеррэйто. Даже если тебе покажется, что он прикрывает тебя, на самом деле, мы все и всегда только за себя.

— Я очень рада, что я не такая, — честно сказала я, глядя ему в глаза. — Не смотря на всё, что произошло с нами потом, я ни секунды не жалею о том, что мы с Дехраит тогда сделали. И она — тоже, и я в этом абсолютно уверена. Она тоже не пожалела и не пожалеет ни на йоту. Я рада, что хотя бы немного была в этом на нее похожа. И не похожа на тебя.

Я развернулась и пошла к байкам. Тайр пристроился рядом и был молчалив.

— Так что с Илли?

— Всё, — ответил тот, как ни в чем ни бывало. Толстокожие ребята, эти айгэнты. — Он попал на орбиту МГС и теперь должен работать на них. Парень сопротивляется и говорит, что видений у него для них больше нет. Требует вернуть его на Мирадау. Пока больше ничего не знаю.

— И каковы его шансы вернуться?

— Ниже среднего. Больше не знаю, но если хочешь, могу повыяснять.

— Дай угадаю, ты что-то хочешь взамен?