А ведь первая деревня была от нас от силы в паре сотен ярдов, сразу после крутого спуска с горки. Только шум моря, накатывающего волны на широкий пляж, да крики чаек несколько оживляли пейзаж.

Впрочем, после второго взгляда мы заметили несколько темных фигурок, которые, согнувшись, что-то делали на небольшом поле чуть в стороне от дороги.

А когда мы подъехали чуть поближе Аниса только прошептала:

— О, боги!

На поле окучивали какие-то корнеплоды несколько женщин, одетых только в набедренные повязки и широкополые соломенные шляпы. До черноты загорелые на солнце и с унылыми обреченными лицами, увидев нас, они бросили свою печальную работу и склонились в глубоких поклонах.

Дальше за этот день новоявленная баронесса еще много раз помянула и богов, и демонов, и просто неизобретательно ругалась, иногда даже вспоминая словечки из своей армейской службы.

Через несколько минут мы доехали до большого замка, расположенного на невысокой скале ровно посередине владения. Всего в паре лиг на запад поднимался Рог Эльфа, а все пять деревень раскинулись чуть ниже вдоль побережья.

Аниса уже распорядилась собрать всех жителей перед замком, но на это требовалось какое-то время. Так что мы пока зашли в само укрепление счастливой феодалки.

Около ворот, где на проржавевшей петле висела единственная уцелевшая створка, нас встретила подтянутая старуха с тусклым бантом от военной медали на груди. Сама медаль похоже потерялась еще в прошлую эпоху, да и старуха, когда попробовала поклониться, чуть не упала, так что Аниса тут же даровала ей привилегию не кланяться владетельнице.

Мы прошли в замок, и моя жена посмотрела на меня со слезами в глазах. Осматривать здесь было собственно нечего, если конечно не путать вступление во владение с посещением музейных развалин.

Впрочем, при некотором желании, можно было запереться в донжоне и поставить внутри хотя бы палатку. По крайней мере внутри не было ни мусора, ни вони. Просто ничего не было. Голый камень и кое-где двери.

— Я ночую там, — показала на сторожку около ворот старуха. — Дверь крепкая, я чиню ее. А то нежить приходит почти каждую ночь. Порядок поддерживаю. Селяне приносят мне питание. Мало, но у них и самих ничего нет.

Через час все население баронства собралось на широкой площадке перед замком. Женщины принарядились в жуткие обноски, которые нищие в столице не надели бы, но хотя бы не темнели голыми телами.

Аниса, сжав зубы, выслушала доклад единственной старосты. Звучало все просто ужасно. Когда-то давно баронство жило за счет рыболовства, так как земли здесь почти пустынные. Впрочем, были и сады из магически выведенных деревьев и кустов, которые прекрасно плодоносили и между камней.

Но уже не припомнить когда лодки запретили, а деревья и кусты обложили огромными налогами. В общем, теперь около сотни последних жителей добывали пропитание с унылых огородов и рыбалки с берега. Детей мало, так как только идиотка будет обзаводиться потомством когда самим в рот сунуть нечего, а нужные травки все знают, где собрать.

А ночами еще приходит нежить от Рога, так что только стены и спасают. Но в некоторых местах те уже рухнули, так что кое-как заселены только две деревни.

Последнее столетие люди здесь жили, уходя на заработки, но после смерти старой хозяйки уже лет двадцать тому назад, выписывать разрешения на отхожий промысел стало некому, и всё резко покатилось вниз. Население с тысячи быстро сократилось до сотни, а остальные разбежались.

Аниса посмотрела на меня и твердо произнесла:

— Надо дать им денег, пусть купят еды и одежды, а потом думать будем.

— Да я только «за», — охотно кивнул я. Ну в самом деле, не злодей же я!

Но тут нас ждала очередная проблема. Все женщины были далеки от торговли, проще говоря, все хоть чуточку предприимчивые убежали первыми, а остались самые недалекие. То есть отправлять их на закупки, это просто подарить деньги ушлым торговкам, которые всучат простачкам негодные и лежалые припасы.

Так что мы сами отправились в ближайший городок, до которого было аж три часа езды. В принципе, столица была разве что капельку дальше, но я рассудил, что закупать простейшие припасы лучше в простейшем же городке, так как в столице цены заметно выше.

К обеду мы накупили пару возов еды, кучу готовой одежды и всякого инвентаря. Брали по сути все, что продавалось в лавках, да и список нам помогли составить сами Анисины крестьянки. Особо ценны было несколько видов кустарниковых плодов именно семенами. К вечеру мы вернулись во главе небольшого обоза в баронство, по пути обсудив меры по спасению владения.

— Я поговорю со старостой и парочкой женщин, чтобы не вздумали хитрить, — рассуждала Аниса. — Мне соврать не смогут. Им и поручу распределить закупленное. Прикажу сеять кусты и деревья, а свои огороды могут хоть бросить. Та же тыквоина уже через полгода начнет давать урожаи. Я согласна с твоим мнением, любимый, что на одних этих плодах всю жизнь не проживешь, но хоть голодать не будут, а потом излишки пойдут на корм скоту.