— Могут, но ты же меня выкупишь, — махнула рукой жена. — Проще говоря, надо дать взятку и можно получить службу, на которой можно просто числиться. Нормальный отряд владетельной баронессы мне не выставить, поэтому служить надо самой, но с деньгами все очень просто решается.

Я только пожал плечами, а Аниса тут же спросила:

— Дорогой, а когда мы поедем в наше баронство?

— А надо? — вздохнул я. — Я видел бумаги. Это настоящая дыра, хоть и всего в четырех часах быстрой езды от столицы. Доход вроде бы нулевой. Может ну его?

— Да ты что! — чуть не закричала моя красавица, забыв, что на улице она только шепчет, да и то, только когда никто не видит. — Там пять деревень, в которых живет почти сотня людей. Мы просто обязаны о них позаботиться!

Я с уважением посмотрел на супругу. Ну да, что-то я не подумал об этом. А еще я с трудом представлял деревни, в которых живет менее двадцати человек в каждой, причем, считая и детей. По три семьи что ли? Да и почему пятнадцать семей не приносят хоть один золотой дохода в месяц хотя бы налогами? Ладно… действительно разбираться надо. Хотя мне этого ну совсем не хотелось! Но есть Аниса, которая готова броситься во все это хозяйство с головой, так пусть и занимается в свое удовольствие.

Но это что же получается? Мы что, обживаемся здесь, вместо того, чтобы искать способ покинуть этот остров?

— Сейчас мне на службу, — вздохнул я. — Возьму неделю отпуска. А ты реши сегодня с домом, и завтра поедем.

Аниса бросилась мне на шею, да так, что парочка каких-то старух, увидев это, от возмущения так разинули рты, что в итоге влетели в прилавок зеленщицы, за что получили по мордам пучками укропа, сброшенного в пыль.

Когда я явился со службы, Аниса представила мне двух девочек лет пятнадцати, по местным меркам маленьких и хлипких. Одетые в простые, но новые одежды, те стояли, скромно уперев взгляды в пол.

— Вот, дорогой, наши служанки. Я выкупила их из рабства и освободила. Будут жить здесь, работать, получать жалованье. Да, и они в курсе, что о том, что я разговариваю им надо молчать.

Я с удивлением посмотрел на жену. Неужели она всерьез рассчитывает, что никто не проболтается?

— Не проболтаются, — как будто прочитала в моей голове вопрос Аниса. — Я же с ними сначала пошепталась. Эти девочки очень счастливы оказаться на свободе. А в рабство их продала их хозяйка, до этого они жили в почти приличном доме на востоке. Возвращаться им некуда. А что маленькие, так это и лучше. Тебе, дорогой супруг, соблазнов меньше будет.

— Ты на что намекаешь, личико баронское? — усмехнулся я. — Сама если ничего не учудишь, так и опасаться нечего!

— Идите, девочки, — отпустила служанок ведьмочка, поняв, что устраивать наши, хоть даже и шутливые разборки при посторонних не следует. А прислугу мы мебелью не считаем, так что надо думать, что говорим когда они здесь.

Разборок, правда не получилось, так как Аниса бросилась мне показывать, что и как она в доме организует. Но не подумав, начала со спальни, где экскурсия, собственно, и закончилась. А может так и было задумано?

Выехали мы на рассвете и, только разок дав отдых великолепным коням, быстро доехали до баронства со странным названием Рогатый Эльф.

— Так ты, получается теперь баронесса Рогатоэльфийская? — усмехнулся я, просмотрев, наконец, бумаги.

— Аниса во Лардос дю Рогатый Эльф, дорогой, — поправила меня жена. — Вот он, Рог Эльфа.

Я посмотрел на ту самую скалу, которая возвышалась всего лигах в пяти от нас, и задумчиво произнес:

— Бедный эльф! Это как же ему изменяла жена, что у него такой рог вырос?

— Явно жена была выдающаяся, — хихикнула красавица. — Не иначе, дамочка вроде Сан.

— Да вроде Сан в разгуле и изменах замечена не была, — ради истины возразил я.

— Да нет, конечно, — согласилась Аниса. — Это я про потенциал.

А потом она вдруг быстро взглянула на меня и смахнула неожиданную слезинку:

— Мне ее так жалко. Это мы неплохо устроились. А живы ли они с королевой?

— Брось хоронить! — буркнул я, хотя сам тоже почему-то подумал о красавице-наемнице. — Может они смогли добраться куда направлялись или устроились где-то. Мир большой.

Дальше мы некоторое время ехали молча, а потом разом остановили коней и недоуменно переглянулись. И было от чего. После нескольких скал, которые были обозначены на карте, как границы баронства, нам с высоты небольшой горки открылся кусок скалистого побережья, на котором одна за другой, в лиге друг от друга теснились пять деревень, огороженных высокими, сложенными из камня стенами. Общее ощущение брошенности и запустения усиливалось отсутствием печных дымков, какой-то заметной зелени и звуков жизни вроде мычания коров или блеяния овец.