Гибси тупо уставился на меня в ответ. — Я не вижу в этом проблемы.

— Не поощряйте его, — отрезал я, свирепо глядя на Хьюи и Фели, которые хихикали.

— Это тебе нужно взять себя в руки, — возразил Гибси, все еще недоверчиво глядя на меня. — Обеими руками.

Дай мне сил…

Сжав челюсти, я снова обратил внимание на свой шкафчик и дернул металлическую дверцу, открывая ее, только чтобы поперхнуться, когда до меня донесся ужасный запах.

Мы все четверо одновременно отпрянули от шкафчика.

— Господи, — выдавил Хьюи, задыхаясь.

— Ух, парень, — простонал Фели. — Это плохо.

— Ты грязный ублюдок, — выдавил Гибси, его слова звучали приглушенно, когда он прикрыл рот рукой. — Господи Иисусе, Джонни. — Уставившись на мой шкафчик, как на своего смертельного врага, он прошипел: — Когда-нибудь слышал о мусорном ведре?

— Я и забыл, что он там был, — засмеялся я, доставая пластиковый контейнер, на котором теперь росла шерсть. — У меня точно не было времени убрать свой шкафчик к праздникам. — Держа его как можно дальше от своего тела, я подошел к мусорному ведру и выбросил его, прежде чем вернуться к ребятам. Застенчиво улыбнувшись, я спросил: — Как ты думаешь, что это было когда-то?

— Цыпленок, — хором простонали все трое парней.

— Привет, Джонни, — раздался в воздухе голос проклятия моего существования, такой же раздражающий и нежеланный, как всегда, и несущий в себе хоть какое-то подобие юмора. Теперь я был единственным, кто содрогался от чистого отвращения, наблюдая, как Белла Уилкинсон с важным видом приближается ко мне, демонстрируя бедра, сиськи и боль в моей дырочке. — Как ты себя чувствуешь?

— Продолжай идти, — холодно приказал я, шерсть встала дыбом. Шевелится член или нет, я направился прямиком к парням, найдя убежище — и безопасность — в количестве. — Мне нечего тебе сказать.

— Да ладно тебе, Джонни, я просто хочу…

— Я больше не буду делать это с тобой, — проворчал я, прерывая ее. — Мы говорили об этом миллион гребаных раз. С этим покончено — с нами покончено, — так что просто уходи.

— Так что, я даже не могу с тобой поговорить? — выпалила она в ответ, выглядя уязвленной. — Я не могу спросить, как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке, — невозмутимо ответил я. — Спасибо, что спросил. А теперь оставь меня в покое.

У нее перехватило дыхание. — Джонни…

— Ты слышала этого человека, — приказал Гибси, забыв о хорошем настроении, и указал пальцем в сторону коридора. — Просто продолжай идти.

— Пошел ты нахуй, Гибси, — прорычала Белла, прежде чем перевести взгляд на меня. Моргнув своими голубыми глазами, она улыбнулась мне с надеждой на лице. — Я знаю, что между нами все плохо закончилось, но я так волновалась за тебя.

— Я уверен, что так и было, — задумчиво произнес Хьюи. — И держу пари, Кормак действительно облегчил тебе беспокойство.

— Просто прекрати. — Измученный месяцами общения с девушкой, я устало потер лицо и сказал: — Я не хочу с тобой ссориться. С меня хватит, ладно? Так что, пожалуйста, просто уходи прочь.

Белла бросила уничтожающий взгляд на Хьюи, прежде чем снова повернуться ко мне. — Я просто надеялась, что мы сможем поговорить пять минут…

— А я надеялся выиграть в лотерею на выходных, — вставил Гибси и затем нахмурился. — Но из этого ничего не вышло, потому что я забыл купить быстрый выбор.

Фели фыркнул. — Тебе нет восемнадцати. Кто будет тебя обслуживать?

Гибси приподнял бровь. — У меня есть связи.

Фели закатил глаза. — Ди?

Гибси подмигнул. — Может быть.

— К чему ты клонишь, Гибси? — Спросила Белла, сердито глядя на мою лучшую подругу.

— Я хочу сказать, что отвали, Белла, — сказал ей Гибси. — Немедленно отъебись, если хочешь, чтобы я перешел к техническим вопросам. Далеко-далеко, в страну, где Джонни не хочет быть с тобой, так что живи своей жизнью.

— Ты не можешь так со мной разговаривать, — бросила она с вызовом, теперь ее трясло.

Гибси выгнул бровь. — А почему бы и нет?

— Потому что! — взволнованно выпалила она. — Потому что…

— Потому что у меня есть член, а у тебя киска? — со знанием дела предложил он. — О, пожалуйста. Я парень из двадцать первого века. Я поддерживаю равные права для всех, которые включают в себя право для меня, владельца члена, сказать женщине-сталкеру, такой как ты, отвалить!