— Гибс. — Я покачал головой. — Я не могу сейчас уйти…

— Ты пойдешь нахуй, Джонни Кавана, — сказал он, обрывая меня, — даже если мне придется привязать тебя к спине и отвезти туда самому! Это твое будущее, и ты не собираешься его выбрасывать. Я ни за что на свете не позволю этому случиться.

— Господи, — пробормотал я, потирая челюсть. — Когда ты успел так раскомандоваться?

Гибси пожал плечами. — Иногда Робин приходится брать инициативу на себя.

— Робин? — Хьюи рассмеялся. — Ты серьезно только что назвал себя Робином?

— Значит, Кэп — Бэтмен, а ты Робин? — Фели задумался. — Хм. Имеет смысл.

— У тебя полный пиздец с головой, — хихикнул Хьюи.

— Могло быть и хуже, — с усмешкой парировал Гибси. — Мы могли бы быть такими, как вы двое.

— О да? — Усмехнулся Хьюи. — И как тебе это?

— Ага, — ухмыльнувшись, согласился Гибси. — Бибоп и Рокстеди.

— Я не Бибоп или Рокстеди! — Хьюи фыркнул, выглядя оскорбленным. — Если я кто-то и есть, так это Робин!

— Угу. — Гибси хихикнул. — И ты говоришь, что я в полной заднице? Да, хорошо, Бибоп.

— В этом нет никакого смысла, — возразил Хьюи. — Они из двух совершенно разных мультфильмов.

— Вот именно, — протянул Гибси. — Как будто мы находимся на двух совершенно разных уровнях. Ухмыляясь, он поднял руку над головой и сказал: — Я здесь с твоей сестрой, а ты… - он опустил руку на талию. — всю дорогу сюда…

— Фели, дай мне молоток, — прорычал Хьюи, направляясь к Гибси. — Я собираюсь похоронить этого ублюдка раз и навсегда.

Я ВИЖУ ТЕБЯ

ШЭННОН

— Няня внизу с Дарреном, — прошептала я, присаживаясь на край его кровати и поглаживая его влажный лоб. — Ты не хочешь спуститься и повидаться с ней?

Он не ответил. Вместо этого он просто продолжал дрожать и сжимать подушку, которую прижимал к животу. По крайней мере, его больше не рвало. Честно говоря, я не думала, что внутри него осталось что-то, что могло бы вырвать. Его глаза были пустыми, зелеными шарами на затылке. Казалось, ничего не происходит.

— Джо? — спросила я

Тишина.

— Пожалуйста, поговори со мной, — умоляла я, убирая его светлые волосы с глаз.

Ничего.

По его щеке скатилась слеза, и я протянула руку, чтобы смахнуть ее. — Я люблю тебя. — Наклонившись, я прижалась своей щекой к его. — Так сильно.

Не реагируя, он продолжал лежать на боку лицом к окну и смотреть в никуда в частности. Врачи приходили и уходили несколько раз за последние несколько дней после пожара. По их словам, у моего брата был период ломки. Он признался миссис Каване и Даррену, что употреблял серьезные наркотики в течение многих месяцев, прежде чем я попала в больницу. Я не знала. Я не обратила внимания на признаки. Он тоже был в шоке, и я боялась оставить его на случай, если он снова убежит. Глядя на него прямо сейчас, я не была уверена, что у него хватит сил подняться с кровати, но с Джоуи я никогда не могла быть уверена. Он был непредсказуем, как ирландское лето.

Его скоро заберут. Как только похороны закончатся, его отправят в специальную больницу, где ему станет лучше. Где-нибудь они смогут вылечить его пагубные привычки и его психическое здоровье. Я не понимала, почему он должен был уходить, и я не хотела, чтобы он уходил, но он сам подписал документы как раз перед тем, как перестать говорить. Он хотел уйти, и я была в ужасе от наступления понедельника, потому что, честно говоря, не знала, как переживу все это без него.

С другой стороны спальни, в которой жил Джоуи, раздался тихий стук, и в щель в двери просунулась голова миссис Каваны. — Привет, Шэннон, любимая, — сказала она, тепло улыбаясь мне. — К тебе пришли двое посетителей.

У меня перехватило дыхание, и я напряглась. Я больше не могла общаться ни с социальными работниками, ни с Полицией. Я слишком устала. — Я не…

— Клэр и Лиззи, — поспешила объяснить миссис Кавана. — Они внизу, в гостиной, малышка.

— Я, э-э… — Я колебалась, не желая оставлять своего брата. — Может быть… Мне не стоит оставлять его одного…

— И у меня тоже к тебе посетитель, Джоуи, — мягко объявила миссис Кавана. Она распахнула дверь до упора, чтобы показать Ифу, стоящую рядом с ней. — Заходи, любимая.

Я запаниковала при виде его девушки, зная, что в прошлый раз, когда Джоуи выступал, он предупредил нас, чтобы мы не впускали ее. Он заставил Даррена пообещать держать ее подальше. Он не хотел, чтобы она была здесь. Он не хотел, чтобы она видела.

Джоуи оставался совершенно неподвижным, все еще сжимая подушку, все еще глядя в окно, когда Ифа вошла в комнату. — Ты не можешь спрятаться от меня, — сказала она ему, направляясь прямо к нему. — И ты тоже не можешь сдаться.