— Не могу, — тяжело опустился на стул, повторил, назвав по имени, а не по рангу. — Не могу, Лиал. Ты просто не понимаешь…

И снова язык сработал быстрей, чем мысли:

— Напротив, как раз таки понимаю, хоу.

Он вскинул на меня взгляд, сузил глаза, но раньше, чем он успел что-то спросить, я снова заговорил:

— Но и вы меня поймите. Ладно, отправиться одному, мне не привыкать, а читать следы и выискивать засады я умею неплохо. Но должен же я получить хоть немного больше подробностей о самом деле, о самой цели? Зачем мне его тащить сюда?

— Он обладает какими-то знаниями, которые…

Я перебил:

— Ты уж прости, хоу…

Ирал недовольно буркнул сбоку:

— Слишком много почтения, господин.

Ему тут же возразил Ограк:

— Господин в этом понимает побольше твоего. Я молчу, видя, как верно поступает господин, а ты, кто не бывал в армии, смеешь давать советы?

Как бы я ни привык к теням, но здесь либо забыть про их существование и пропускать мимо ушей всё, что они говорят, либо…

Вот это второе и случилось, я вслушивался в слова теней, привычно ожидая подсказок, советов и прочего, но сегодня что-то всё больше замечая их странное поведение. Они ругаются. Ругаются с друг другом. Что вообще изменилось в них после схватки у озера?

Я вслушивался, изумлялся и, конечно же, запнулся, позабыв о хоу Думайне.

Он сам напомнил о себе, вырвав меня из задумчивости:

— Да что уж там, я тоже понимаю, в какую задницу тебя посылают. Но сам ничего с этим поделать не могу, у меня приказ, за нарушение которого с меня голову снимут. Ну и раз такая задница, а мы тут одни, называй меня просто по имени, Лиал.

Ограк довольно заметил:

— Вот. Вот так правильно.

Я кивнул:

— Понял. Спасибо, Думайн, — повторил, на этот раз не замолкая и не отвлекаясь на теней. — Но ты уж прости, кое-что мне знать нужно всё равно. Черепаха на плече и бляха на поясе — это хорошо, но я… — нагнувшись над картой, я провёл по карте предполагаемый путь напрямую, фыркнул. — Я доберусь туда ночью, хорошо, если ещё сегодня, а не после полуночи, заплутав в их болотах. Хоу может быть в это время голышом. Отличить голого хоу Дома Бротург от голого хённама Дома Ваурс? Не уверен, что я на такое способен, тем более в пылу сражения. Как его зовут, сколько ему лет, как он выглядит, Думейн?

Хоу Думайн лишь развёл руками:

— Я не знаю, Лиал. Прости, но я действительно не знаю ничего сверх того, что только что тебе сказал.

Сказать, что я вышел из шатра хоу злым, не сказать ничего.

Если бы в этот момент на пути попался Вир, я бы высказал всё, что я думаю о его заданиях и о нём самом.

Но его на пути не встретилось, солдаты же при виде меня тут же сворачивали в сторону. Даже бородатый, стоило мне показаться в проходе к своему шатру, исчез, словно знал ту, вчерашнюю сложную технику невидимости, которая вроде как никому не известна.

Зря, впрочем, он бежал.

Вернулся я только для того, чтобы предупредить Илиота и Листена о своём очередном исчезновении. Поспешно оседлал грауха, не дожидаясь, пока прибежит конюх, рванул на граухе на выезд из лагеря.

А вот там задержался. Беседа с Думайном была не полностью бесполезной. Я выяснил, какие Вир ему указал границы помощи мне и разузнал, как именно могу облегчить себе жизнь, ничего не нарушая.

Одна из таких вещей — это посыльные.

Я остановил грауха у приметного шатра, к которому примыкала дощатая конюшня, рявкнул:

— Посыльные, один ко мне, живо!

Из шатра выскочил худой, невысокий мужичок, на ходу затягивая ремни лёгкого доспеха. Опытным взглядом нашарил на моём поясе бляху, рявкнул в ответ:

— Слушаю.

— Я гаэкуджа Гирь. Будешь моим проводником к седьмому отряду левого крыла. Быстрей, время не ждёт.

Уже через минуту два грауха стелились над дорогой. И да, в этот раз быстрей будет не двигаться своим ходом, плутая по лесу, а домчаться верхом.

Граух посыльного чуть вильнул, обходя то ли край болотца, то ли огромную лужу, пошёл по влажной земле, выбивая копытами огромные куски. Я пригнулся, опустил глаза, врываясь в этот земляной дождь.

Только поднял голову, отплёвываясь, обнаружил перед собой Ирала.

— Господин, мы не договорили. Печати Шагов сквозь тьму. Вам нужно сейчас сосредоточиться на них, господин.

До посыльного было далеко, он был всего лишь простолюдин, наблюдателя Кровавого я тоже рядом не видел, а пальцевать одной рукой, да во время скачки, не самое легко занятие, я сложил только одну печать-вопрос, а когда Ариос покачал головой, ответил Иралу вслух:

— Смысл? Сложная печать займёт у Листена много времени. Я дал ему сегодня техники только для записи, на будущее, сейчас мне важней, чтобы он переделал для меня несколько четырехсоставных.

— Плевать на этого мерзавца. Едва он станет не нужен вам, господин, как я убью его.

Я только успел вздохнуть, набрать воздуха, чтобы осадить Ирала, как он заявил:

— А он уже стал наполовину вам бесполезен, господин.

— О чём ты?

— Вы стали сильней.

— Снова ты об этом, — я фыркнул и сам насел на Ирала. — Техники стали хуже себя вести после этого.

— Потому что мы получили подтверждение, господин, вы становитесь сильнее убивая.

— Да, доля ихора снова смещается в крови, делая…