— Ты говорила бессвязно. Много бормотала. Ты была не в себе. Встретимся внизу?

Я медленно киваю.

— Конечно. Я э-э… подожду тебя в буфете.

— Звучит отлично.

Правила.

Протокол.

Руководство.

Мне нужно хоть что-то.

Принимая решение подписаться на этот рейс в Сидней, я почти не раздумывал. После нескольких месяцев наблюдения за публикациями Эмерсин в социальных сетях мне нужно было ее увидеть. Увидеть ее лично.

Почему? Ну, я все еще пытаюсь это понять.

Теперь я ее увидел. Теперь я знаю, как ощущаются ее губы на моих губах. Но я прибыл сюда не за этим. И испытываю необходимость извиниться перед Сюзанной. Это глупо, но чувства свободны от какой бы то ни было причины или оправдания.

Эмерсин выпила слишком много вина.

Болтала всякую ерунду.

Я был уставшим.

Она — в смятении.

Конец истории.

Никакой неловкости не должно быть. Может, я напросился на этот рейс, потому что близость к Эмерсин заставляет меня чувствовать себя ближе к Сюзанне. Но не думаю, что дело только в этом. Я полетел этим рейсом по той же причине, по которой Сюзанна не могла насытиться присутствием Эмерсин — она не смотрит на меня как на парня, потерявшего жену.

Также Эмерсин не смотрела на Сюзанну, как на женщину, умирающую от рака.

Я до сих пор не понимал всей важности этого чувства.

Значит… я улетел на другой конец Земли, чтобы снова почувствовать себя живым? Похоже на самое честное объяснение.

После того, как я выхожу из душа, приходит сообщение от Эмерсин.

Не успеваю на бранч. Лия запланировала тур. С днем рождения. Безопасного полета домой.

Прочитав три раза, борюсь с разочарованием. Мы так и не попрощались. В следующую секунду набираю ее номер.

— Привет! — ее ответ звучит взволнованно, возможно, даже немного удивленно моим звонком.

— Привет. Тур в последнюю минуту? — спрашиваю я.

— Ага. Мне очень жаль. Лии тоже.

— Во сколько вы закончите? Мы не успели попрощаться.

Долгая пауза.

— Эм?

Она прочищает горло.

— К сожалению, поздно. И у нас с Лией есть планы на вечер. Она знакомит меня с другом друга. Свидание. Это хорошо. Верно?

Очередная пауза заполняет линию на несколько секунд.

— Конечно. Это хорошо. Будь осторожна. Поступай умно.

— Ага, — говорит она отрывисто.

— Эм?

— М-м-м?

— Ты счастлива?

Ее молчание кажется более честным, чем ее следующие слова.

— Да, Зак. Я счастлива. Никогда в жизни я не была счастливее.

— Я рад. Мне нужно было это услышать. Дай мне знать, когда решишь, куда вы направитесь дальше. Может, мы еще встретимся.

— Конечно.

— Пока, Эм.

— Пока, — шепчет она.

Несколько секунд я смотрю на экран телефона, прежде чем отбросить его в сторону и натянуть футболку. Плюхнувшись на край кровати, опускаю голову, резко выдыхаю и закрываю глаза. Женитьба на Эмерсин не должна была быть ничем иным, как подарком в виде страховки и дешевых авиабилетов.

Правильный поступок по правильной причине.

И все же я здесь… дуюсь в номере отеля в Австралии, потому что у меня есть жена, которая не Сюзанна. Жена, чье счастье не входит в мои обязанности.

Мне очень, очень нужно перестать думать о слове «жена», когда я думаю об Эмерсин.

Другая жена.

Другие чувства.

Другие мысли.

Стоя в углу вестибюля хостела по соседству с тропическим растением, я смотрю на экран телефона. Зак казался слишком обеспокоенным или что-то в этом роде. Боже. Я ненавижу это. Слишком поздно. Мне не нужен отец. И он не мой муж, даже если штат Джорджия считает иначе. Заку нужно, чтобы я была счастлива. Я слышу это в его голосе — напряженность, намек на агонию. Сьюзи попросила меня присматривать за ним.

Что я и делаю.

Он дал мне шанс на новую жизнь. Взамен я дам ему душевное спокойствие.

Я не солгала, не совсем. Я счастлива, но это также доказывает, насколько дерьмовой была моя жизнь, потому что нынешний период мучений в упомянутой жизни — самый счастливый, что у меня когда-либо был.

— Забежала перед бранчем? — Лия в зеленой маске для лица отрывается от экрана ноутбука.

— Он не раньше десяти. И мне нужно в душ. Но я не собираюсь на бранч.

— Почему? Что случилось? То есть… ты провела с ним ночь. Это ведь хорошо, да?

— Если под «провела с ним ночь» ты имеешь в виду, что я перепила вина из мини-бара, наболтала лишнего, прижалась губами к его губам в либо ненастоящем поцелуе, либо худшем во все века, а потом вырубилась от усталости и большого количества алкоголя… тогда, да. Я провела с ним ночь. Было ли это хорошо? Нет. Это было неловко. А утром он полностью отверг произошедшее. Обвинил в поцелуе — или чем там он был — вино и назвал его ничего не значащей ошибкой. Но он меня «прощает», так что все хорошо.