— Свой, — наконец, ответил Змей, но радости на его лице никакой не было.

— Ну и отлично! — усмехнулся Щегол, и приобнял уже и меня. Я похлопал его по спине. От него крепко пахло мужским парфюмом, причем недешевым. Кто-то из поклонниц подарил?

— Ну, давай, показывай своих работниц, мать! — крикнул третий из компании, с которой я приехал.

— А деньги-то есть? — спросила она.

— Есть, есть, — успокоил ее Змей и показал пачку рублей, свернутую в трубочку.

— Девчонки! — крикнула девушка, видимо, мамка, и в холл, словно из ниоткуда выпорхнуло полтора десятка девчат на любой вкус.

Разный цвет волос, разный рост, разные размеры соответствующих частей тела. Вот, что такое настоящее дайверсити, даже две азиатки и одна негритянка здесь имелись, причем в обоих смыслах. Все они были одеты в такие же халатики, как и мамка, но когда выстроились в ряд, то открыли их, показывая всем свои прелести.

А потом повернулись другой стороной, демонстрируя уже заднюю полусферу. И, честно говоря, там было на что посмотреть.

— Вон ту, с родинкой на жопе не бери, — прошептал мне на ухо мелкий. — Это Мару, сестра Щегла. Если ее кто-то из своих берет, он бесится. В драку не лезет, конечно, но мозги все напрочь вынесет.

Вот ведь дела, да? Брат — жиголо, сестра — шлюха. Поэтому никто Щегла и не нашел. Потому что прятался он не на квартире у своей сестрички, а на ее месте работы. Не исключено, что пять дней в неделю она трудилась в каком-нибудь офисе или кафе официанткой, а по вечерам и на выходные работала уже здесь. Решалы могли о ней и не знать, не всемогущие же они в самом деле.

Мне захотелось взять ее чисто из вредности, чтобы посмотреть, как на это отреагирует наша цель. Но я не стал этого делать.

Парни выбирали быстро, они все-таки были здесь не в первый раз, так что скоро разошлись по комнатам. Из оставшегося великолепия я предпочёл миниатюрную брюнеточку, с явно крашеными волосами.

Расплатился с мамкой, как и обычно, наличными. Час, кстати говоря, тут стоил две с половиной сотни, и я понятия не имел, много это или мало. Потому что в борделе был в первый раз в жизни, как-то до этого меня сюда не заносило, даже учитывая всю доступность этих заведений, и этих дам. Доступность в обеих смыслах.

Девушка взяла меня за руку и потащила наверх, на второй этаж, мы вошли в одну из комнат, и она тут же отпустила мою руку и легла на кровать, так, что ее халатик распахнулся. Уже через секунду она села, оставив его лежать на кровати.

Я огляделся. Комната была совсем маленькой, с одной кроватью, которая почти всю ее и занимала. На стенах были лампы неонового цвета, которые переливались синим и фиолетовым. Но комната все равно была погружена в полумрак.

— Чего ты такой робкий? — спросила девушка. — Иди ко мне.

Я стащил куртку, бросил ее в угол комнаты, а потом сделал шаг к брюнеточке, толкнул ее от себя, заявив на кровать, наклонился, поцеловал в ложбинку между маленьких грудей, прикусил губами сосок, который тут же встал, спустился ниже, поцеловал живот, от моих прикосновений покрывшийся мурашками.

Интересно, она сама такая возбудимая, или ей поставили «игру» — имплант, который усиливает ощущения от прикосновений и секса. Обычно его использовали для лечения фригидности, но и среди проституток он пользовался популярностью. Во-первых, потому что клиентам нравится, когда девчонки кричат и извиваются по-настоящему, а во-вторых, потому что это помогает получать от профессии хоть немного удовольствия.

Теперь уже девчонка оттолкнула меня, села, расстегнула брюки, схватилась за мой член, а потом насадилась на него по самое горло. Продержалась так несколько секунд, а потом принялась обрабатывать его ртом.

Я стоял, запрокинув голову назад, и наслаждался, потому что делала она это очень умело.

— Тук-тук, — вдруг послышалось у меня в ухе.

— Блядь, — сказал я вслух.

Чех, век бы его не слышать. Причём, в самый неподходящий момент. А я уже начал забывать, что мы тут по делу.

— Что такое? — спросила девушка, оторвавшись от моего члена. — Что-то не так?

— Ничего, — ответил я. — Подожди, милая.

И выскочил из комнаты, прямо так, с расстегнутыми штанами. Застегнулся, огляделся, увидел, что на одной из дверей висит табличка с двумя знакомыми всем буквами, рванул туда, потянул дверь, и закрылся внутри.

Кабинок тут не было, туалет явно рассчитан на одного человека. Я встал возле зеркала, открыл воду, чтобы меня не было так слышно, и принялся умываться.