— Я серьезно.

Я застонала.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко.

— Не стоит.

— Верно, — сказала я, смеясь немного громко. — Я выключу этот переключатель, потому что ты так сказал.

Он просто улыбнулся и покачал головой. Казалось, он часто делал это сегодня вечером.

— Спасибо, — в конце концов пробормотала я.

— Почему девушки никогда не могут принять комплимент? По какой-то причине им всегда приходится изображать смущение.

Я хмыкнула.

— Как будто у тебя получается лучше.

— Что? — он вздернул подбородок. — Ты о чем?

— Ты полностью игнорируешь их. Просто притворяешься, что я ничего не говорила.

Легкое покачивание головой.

— Нет, я так не делаю.

— Делаешь.

— Давай, скажи мне какой-нибудь комплимент прямо сейчас, — потребовал он.

— Эм. Я не знаю. — Он был самым красивым, кого я когда-либо видела, его тело было мечтой. Он был милым, верным, честным, добрым, сильным, умным, и с ним я чувствовала себя в безопасности, чего, как я думала, больше никогда ни с кем не случится. — Ты хороший водитель. С тобой очень безопасно.

— Спасибо тебе, Иди.

— Не за что, Джон.

— Ты чертовски хороша в бильярде. Надрала мне задницу.

— Спасибо, — ответила я.

Высоко-высоко небо затянули тучи. Ни луны, на которую можно было бы смотреть, ни звезд, которым можно загадать желание. Хотя, на самом деле, чего бы я пожелала? Джон шел рядом со мной, и мне казалось жестоким обременять далекую звезду своим желанием мира во всем мире.

— Когда мы снова поиграем? — спросил он. — Мне нужен шанс победить тебя, вернуть себе достоинство.

— Не можешь смириться с тем, что у тебя выиграла девушка?

Уголок его рта приподнялся.

— Нет. Просто мне вообще не нравится проигрывать.

— Достаточно справедливо. Мы можем поиграть снова, когда ты захочешь.

— Хорошо.

Он остановился, пнув камень на дороге. Мы уже были у моего дома. Это действительно было недалеко. Свет на крыльце горел, подъездная дорожка была пуста. Мама сказала, что у нее дела с друзьями; Бог знает, во сколько она будет дома. В последнее время она чертовски часто отсутствовала. Но поскольку это шло мне на пользу, я решила не жаловаться.

— Спасибо, что проводил меня, — сказала я, снова скрестив руки на груди, чтобы скрыть свои нервы. И почему я нервничала, понятия не имела. — Хочешь зайти?

Взгляд, который он бросил на меня, я не смогла прочесть. Он был защищен заборами, дверями, стенами, возможно, даже шахтами и рвом.

— Просто потусоваться, — сказала я.

— Не-а. — Он оглянулся в ту сторону, откуда мы пришли. — Я, э-э, лучше вернусь.

— Тогда увидимся позже.

Кивок.

— Не ввязывайся больше ни в какие драки, — сказала я. — Пожалуйста.

Он просто улыбнулся.

— Спокойной ночи.

Пока я отпирала дверь, он ждал на обочине, наблюдая. Он стоял, засунув руки в карманы, ветер трепал его распущенные волосы по лицу. Я помахала рукой и вошла внутрь, заперев за собой дверь. Тем не менее мне казалось, что часть меня все еще была там, с ним. Как будто меня разрезали надвое.

Безумие.

Душ смыл хлорку с моих волос, я высушила их феном и надела свою любимую пижаму в черно-белый горошек. Я раздвинула шторы и подняла окно, вглядываясь в ночное небо. Лишь небольшая часть облачного покрова сдвинулась, позволив показаться паре звезд.

После порции хлопьев мой желудок был доволен. Взяв книгу в руки, я села читать и действительно начала кое-чего добиваться. Теперь, когда шум от напитков поутих, было приятно вернуться домой. Я выходила на улицу и общалась практически без неловкости.

Молодец, Иди.

Голос у окна произнес мое имя.

— Джон?

Не дожидаясь приглашения, он сразу же забрался внутрь. Я отодвинулась, чтобы освободить ему место на моей кровати. Он поджал под себя ноги и, положив руки на колени, сел и посмотрел на меня сверху вниз. Изучая меня. Учитывая мой обычный уровень терпения, я смогла выдержать только около десяти секунд его молчания.

— Что случилось? — спросила я, отложив книгу в сторону.

— Ничего. Все в порядке.

— Тогда почему ты так на меня смотришь?

Он с трудом сглотнул.

— Я действительно хотел зайти и потусоваться с тобой ранее, но…

— Но… что? Почему ты этого не сделал?

Вместо того, чтобы заговорить, он поцеловал меня.

Конечно, я поцеловала его в ответ. Конечно, так я и сделала.

Срань господня.

Наши губы прижались друг к другу, он руками обхватил мое лицо. Это было то, что мне было нужно, то, чего я ждала, даже не подозревая об этом. Его кожа на моей, его дыхание на моем лице. Глаза затуманены, губы влажные, он целовал меня медленно и сладко. Это казалось бесконечным, таким же необходимым для жизни, как дыхание.