Топать пришлось по размокшей земле, местами превратившейся в жижу. Ливень оставил в степи прогалины бурой почвы, лишённой растительности. Старая трава частично сохранилась. Листья обожгло, торчали только острые иглы сухих стеблей, впрочем, неспособные пробить подошвы обуви.

Ундэс, Стиви и я шли впереди, Змей и Ал сперва поспевали за отрядом, затем потихоньку отстали и к полудню тащились в хвосте. На коротком привале они пообедали с остальными. Скалозуб выглядел измученным, не в пример уставшему, но имеющему вид куда свежее Тумуру.

– Товарищ командир, – воззвал Альберт к Висельнику, взваливая на плечи свёрток ткани и шкур, – почему мы идём пешком? Это же степь. Нам положены лошади. И вообще, почему мы направляемся к той, – он запнулся, – башне? Разведка справится быстрее.

– Лошадей у вас нет, потому что вы новобранцы. Ездовые химеры денег стоят, а вы пока ничего не заработали. Разведку туда не послали специально, чтобы ты спросил. Давай живее! Нечего рассиживаться – задницу застудишь! Больной рыскарь не боец.

– Ох, б… – всё-таки выругался Ал сквозь зубы и зашагал за Змеем, тщетно стараясь догнать его.

Причина спешки выяснилась позднее. На востоке обозначилась неровная тёмная полоса, спустя час обретшая очертания тяжёлых, зловещих туч. Озаряемые изнутри алыми всполохами молний, они наползали на небо сплошным фронтом. Солнце боязливо бежало от них к земле, кутаясь в светло-серую вуаль облаков.

– Шевелитесь, ублюдки! – гаркнул командир. – Не успевший укрыться в башне до начала бури экспрессом отправится на костёр перерождения, а оттуда в каменоломни под Зиккуратом, я вам гарантирую! Медлительным черепахам не быть рыскарями!

– Не-на-ви-жу этот мир, – пропыхтел Стиви, переходя на бег.

Казалось бы, он еле тащился, а нет, отыскал силы и рванул вперёд с удвоенной скоростью. Остальные, воодушевлённые страшноватым зрелищем, поддерживали темп и не растягивали строй. Забежавший за плетущегося последним Скалозуба командир матом подгонял отстающих. Тумур, к моему удивлению, уверенно догонял нас со Стиви. Ундэс вырвался немного вперёд и крутил головой на сто восемьдесят градусов, осматривая степь.

Из-за очередного холма выросла долгожданная башня. Издали строение напоминало гору щебня и камней, из верхушки торчал обломанным клыком фрагмент стены. Верхняя часть здания давно осыпалась, из-за чего вход безнадёжно завалило, и проникнуть внутрь можно было лишь через огромную дырищу.

– Бегом! Бегом! – орал Висельник.

Я не понимал, как у него дыхание не сбилось, держался ведь наравне с бойцами. Ундэс, и тот запыхался. Парень взбежал по крутому склону, хватаясь за грубые стебли старой травы, и вдруг остановился на краю стены, выставив перед собой посох и вытянув назад руку с раскрытой ладонью в предостерегающем жесте.

Я затормозил и схватил за плечо разогнавшегося Стиви. Змей на ходу сбросил ношу и не спеша взошёл по куче обломков к входу, Висельник опередил его буквально на долю секунды, жестами приказав нам не двигаться. Через минуту он прыжками спустился к подножию башни, где столпились бойцы.

– Подходим по двое и любуемся. В башню не лезем. Ясно?

– Так точно, товарищ командир, – негромким хором ответили бойцы.

Глава 16

– Стиви, Кир, идёте первыми, – определил порядок командир. – За вами Эдик и Немой. Потом Скалозуб и Художник. – Так он окрестил Рафа.

Взобравшись по осыпи, я осторожно заглянул в башню и непроизвольно взялся за оружие. В круглом помещении, заваленном мусором, на остатках лестницы полусидел-полулежал гигант в доспехах. Его правая рука в латной перчатке покоилась на рукояти вертикально поставленной металлической палицы, бурой от запёкшейся крови. Он словно прилёг отдохнуть после трудного боя. Из рваной раны в боку вытекала толчками чёрная слизь, доспех буквально вывернуло, погнув сталь толщиной в палец. Из-под шлема, напоминающего топфхельм, сочилась алая кровь, растекаясь по нагруднику. У ног воина валялись грудами мёртвые крысиные тела. Гигант перебил не меньше двух десятков морратов, прежде чем пал.

– Не похоже на следы клыков и когтей, – заметил я. – Ему несколько рёбер с куском лат вырвали.

– Морраты и на большее способны, – возразил Висельник. – Вон та здоровая тварь смогла бы перекусить пополам обычный латный доспех и не поморщиться. Мелким по зубам кольчуги и кожаная броня.

– Это кочевник? – У Стиви глаз задёргался от увиденного. Парень попятился, едва не сорвавшись вниз.

– У них великаны редкость. Нет, он не имеет к степнякам отношения. Ребята в похожих доспехах слоняются по Мглистой Равнине, убивая всех, попадающихся на пути. Призраки им нипочём. Завалить их сложно. Мало того, что сильные, они ещё и живучие. Однажды мой отряд наткнулся на покинутое стойбище и там, посреди гор трупов кочевников, сидел такой же парень. Лучше бродячих воинов обходить десятой дорогой. Они не нападают, если не приблизиться вплотную.

– Живой! – взвился Стиви, округлив глаза. – Клянусь, у него палец на рукояти дёрнулся!

– Ненадолго, – бросил командир. – Змей, Суслик, если что, после бури отведёте новичков в Зиккурат и расскажете о находке.

– Оу, – издал изумлённый возглас Ал, занявший место слинявшего Стиви. – Ну и гигантопитек. Добить, товарищ к?..

– Откуда взялся? – рыкнул Висельник, хватая ослушавшегося приказа бойца пятернёй за шею. – Я что сказал? Ждать своей очереди! На обратном пути сам потащишь всё снаряжение! Палатки, колья! На сегодня лишаешься ужина, завтра только воду пить разрешаю! Змей, убери его отсюда!