– Скажи, за серебряную прослойку он должен. От себя оторвал, любимое столовое серебро переплавил.

– Непременно, – пообещал я, задавшись вопросом, чем рассчитается Ренат Султанович. Рецепт создания уникального предмета даст? Кстати о предметах. – Во сколько обойдётся сделать палицу?

– На заказ? – Кузнец большим пальцем левой руки потёр уголок рта. – Особенное оружие хочешь?

– Вроде того. От призраков отбиваться и живым чтоб не поздоровилось. Хорошо и против крыс чего-нибудь специфическое заиметь.

– Приём у морратов не понравился? Хе. Огонька, твари, боятся. И не только они. Универсального средства от этих паскуд нету. Вот доброе оружие в наличии. Обычное и элементальное. Не обижайся только, Кирилл, но платить-то чем собираешься?

– А чем вы тут расплачиваетесь?

– Да разным. Услугами вот, золотишком, артефактами.

– Золотом не разжился, – в логове морраты наверняка собрали сокровища, наследие героев былых времён и незадачливых одиночек, приглашённых на крысиную трапезу. Вряд ли после рейда клановцев там хоть что-то сохранилось. – И на обмен ничего нет. Услуги… не знаю. Чего бы ты хотел от бедного помощника библиотекаря?

Кузнец оглядел меня, скептически скривившись.

– С тебя нынче пользу не поиметь. Уровень подыми сперва, по степи пошарься, тогда и заказывай.

О как прямолинейно. Ладно.

– Будь другом, Хромой, просвети по предметам?

– Некогда, некогда, братка. У Библиотекаря спрашивай. Постой-ка! – Мастер выудил из сундука потрёпанный свиток и чистый, свёрнутый лист пергамента. – Напишешь копию? Для учеников. Кузня, с огнём работаем. Мою они, того и гляди, спалят, уже не раз и не два такое бывало. Заодно сам прочтёшь, чего нового узнаешь.

– В библиотеке такого добра полно. Оружие за перепись дашь и ответишь на вопросы по предметам.

– Ушлый какой, – криво усмехнулся Хромой. – Меч тебе выковать? Так дорого слишком.

– Не меч. Кинжала хорошего хватит. – Уловив сомневающийся взгляд, я уступил: – За две копии цена скромная, согласись.

– А, добро, – махнул рукой кузнец.

Пергамент я прочёл у себя в комнатке, вытянув ноги на лежаке и прислонившись к стене. У изголовья поставил несгораемую кристаллическую свечу. Хромой преподнёс царский подарок, сам того не ведая – в свитке описывались классификация предметов и основы их изготовления. Поминая злым тихим словом разработчиков, не удосужившихся снабдить игроков простенькой энциклопедией, остаток дня я изумлялся способам создания и видам таларианского оружия, а вечером принялся за копирование.

В верхнем левом углу выведенная витиеватым почерком надпись гласила: «Труд Арно Вестингальского, мастера-кузнеца при дворе Повелителя Кадара Огнеликого. Переведено со старокладератского языка Хранителем Знаний Зиккурата Ренатом Султановичем Бикеевым году в триста двадцать четвёртом по Пришествии Чужаков».

Рукопись изобиловала отсылками к Повелителям, городам, королевствам и странам, где добывались материалы для создания предметов. Упоминались металлы, чьи названия мне ни о чём не говорили, существа. Из них знакомыми были лишь великаны, виверны и горгульи. Их кости, сухожилия, кожа широко применялись ремесленниками Нижнего и Среднего Звена. Почитали древние мастера орихалк, лунное серебро, солнечное золото, звёздную сталь. Из них ковали прочнейшие доспехи и острейшее смертоносное оружие, от мечей до наконечников стрел. Лучшие предметы создавались кузнецами-магами, причём при создании использовали немыслимые ресурсы вроде лунного света и дыхания тысячелетнего дракона. Рецепты не описывались, автор подавал самую общую информацию, но мне и той достаточно, чтобы понять, каких высот достигли мастера Талариана.

Ночью я не спал, думая о существах и королевствах из свитка. А на рассвете меня поднял библиотекарь, пришедший в компании с Серым.

Глава 11

Восемь коленопреклонённых человеческих фигур на верхних ступенях Зиккурата казались крошечными по сравнению с лидером клана, облачённым в тяжёлые рифлёные доспехи. Кто-то из осужденных вопил о прощении и искуплении, кто-то молчал. Большинство же стонали от боли. Шипы оков впивались в их руки и ноги, при каждом движении разрывая плоть.

– Вы предали меня, клан, людей, доверявших вам, – вещал Алмаз, обращаясь к узникам. Магия разносила звук его мощного голоса над городком, донося до всех жителей. – Вам нет прощения. Ваши имена сотрут из Летописи, а вы остаток жизни проведёте во тьме, скованные, немые.

По жесту лидера к бывшим клановцам поспешили крепкие ребята в фартуках. Приговорённым открывали рты, после чего, вытащив щипцами, ловко отрезали ножами языки. Видимо, опыт подобных действий наличествовал, больно сноровисто выполняли работу палачи. Чтобы узники не истекли кровью, обрубки вместе с губами тут же прижигали раскалёнными железным прутьями, после чего перевязывали рты кожаными лентами. Сделав дело, палачи показывали толпе куски языков и принимались за глаза приговорённых.

Жуткое зрелище, лишний раз доказывавшее чрезмерную увлечённость жестокими подробностями у разработчиков виртуальной симуляции. Я бы по собственной воле в такое играть не стал. И меньше всего хотел бы оказаться на месте тех бедняг. Они, конечно, предатели, заслужившие наказание. Смерть, например, пусть и не самую лёгкую. Но обрекать их на вечные муки, по-моему, чересчур.

Морраты завербовали не одного меня, однако, только я предупредил клан об опасности. Эти восемь умников решили помочь врагам всерьёз, надеясь на щедрую награду. Крысы сулили власть, деньги, элитную экипировку, недоступную средним бойцам клана, а получили предатели наказание куда страшнее, чем расстрел в реале.