Шрифт:
– Мне кажется, это неразумно. Что она может знать? Почему бы вам не посетить Гледбитук на Моудервельте и не расспросить о старых знакомствах Говарда Алана Трисонга? Вы получите гораздо больше сведений…
– Снова вы даете мне прекрасный совет, сэр. – Шахар поднялся, помедлил мгновение и, казалось, собрался уйти.
Джерсен тоже поднялся:
– У меня еще есть дела, иначе бы я охотно поговорил с вами. Желаю успеха.
– Благодарю вас, мистер Лукас. – Шахар вышел из комнаты.
Джерсен ждал. Датчик на краю стола подал сигнал. Джерсен улыбнулся. Он пристроил сигнальное устройство к выдвижному ящику своего стола, затем повернул ключ в старинном замке. Надев шляпу, купленную на Элойзе, он вышел из комнаты и направился по коридору мимо двух пустых помещений. За одной из дверей стоял Шахар, о чем и сообщил датчик.
Джерсен не спеша спустился на нижний этаж, прошелся по коридору, а затем вернулся в свой кабинет. Встав на всякий случай сбоку от двери, приоткрыл ее. Вопреки его ожиданиям, ничего не произошло.
Джерсен вошел в кабинет. Датчик на ящике был смещен. На замке никаких следов отмычки. Шахар оказался искусным взломщиком. Джерсен открыл ящик. Письмо лежало так же, как он и оставил его. Шахар удовлетворился именем и адресом.
Джерсен подошел к телефону и позвонил Элис:
– Все в порядке.
– Кто приходил?
– Человек по имени Шахар. Я отправляюсь прямо в космопорт.
Голос Элис был лишен эмоций:
– Береги себя.
– Конечно.
Джерсен бросил шляпу на стул, сменил модный костюм на обычную одежду межзвездного бродяги и покинул редакцию «Космополиса».
Кэб доставил его в космопорт и по специальному проезду подвез к «Крылатому Призраку». Корабль вымыли, вычистили, проверили и заправили. Корпус очистили от космической пыли. Сменили постельное белье, воду в баках, запасы продовольствия. Перепроверили системы жизнеобеспечения и возобновили энергозапас.
«Крылатый Призрак» был готов к полету.
Джерсен поднялся на борт, задраил люк и прошел в салон. В воздухе чувствовался запах парфюмерии. Он огляделся по сторонам. Ничего необычного. Сделал три больших шага в рубку управления: пусто. Отворил дверь в головной отсек.
– Я с тобой!
Элис, одетая в шорты мышиного цвета и черную тунику, вышла ему навстречу.
– Так вот ты где, – улыбнулся Джерсен.
– Я решила никогда больше не оставлять тебя одного. Ты ведь можешь не вернуться. – Она вплотную подошла к Джерсену и посмотрела ему в глаза. – Разве ты не хочешь, чтобы я сопровождала тебя?
– Не сомневаюсь, ты окажешься полезной спутницей, хотя наше путешествие и будет опасным.
– Знаю.
– Ладно, у нас мало времени. Теперь, поскольку ты здесь…
Элис победно рассмеялась:
– Я знала, что ты поймешь меня.
Глава 17
Заповедная Бетюн висела в космическом пространстве в лучах 892-й Ворона. Джерсен подвел «Крылатый Призрак» вплотную к одной из орбитальных карантинных станций. Там не смогли предоставить пилота немедленно, и им приказали подождать. Элис ворчала:
– Меня совершенно не интересуют их звери! Я говорила им это, но, похоже, мне не поверили.
– Говард будет еще более раздражен. Он не сможет показаться здесь на своем боевом крейсере.
– Вполне вероятно, он прибудет как турист. Или вообще не приедет.
– Не думаю, что он пошлет Шахара за своей драгоценной «Книгой Грез». В любом случае, ты останешься в Танаквиле: если он увидит тебя, все может сорваться.
Элис сделала смиренное лицо:
– Как скажешь… Хотя ты сам говорил, что меня не узнать, когда я одеваюсь мальчиком и прячу волосы.
– Мы лучше подстрижем тебя и перекрасим в черный цвет.
– Совершенно ни к чему, хоть я бы выглядела забавно. Но тогда ты будешь смеяться надо мной, а я разозлюсь. Так и закончится наш роман.
Джерсен обнял ее:
– Мы придумаем что-нибудь другое.
– Конечно… Подожди, что ты делаешь? Стой!.. Ты уже дважды с сегодняшнего утра гонялся за мной по кораблю!
– Но нам больше нечем заняться, а ты сама напросилась.
– Ты не боишься, что я снова разденусь?… Нет? Ну хорошо…
Наконец прибыл пилот и провел корабль в Танаквил, невзирая на просьбу Джерсена о посадке в аэропорту Лагеря в Синем Лесу.
– Извините, но это не по правилам, – ответил он. Джерсен заметил, что каждое третье слово пилота было «правило». Пилот продолжал: