— Шшш, — зло прошипел Йорихх и возмутился, — «Надо четко говорить, что и куда цеплять, а то эта штука только туда и налазила!»

Немного раздосадованный оплошностью аспид переместил обруч, куда сказано, и тот действительно растянулся, удобно обхватив лоб на подобие диадемы. На правый глаз легла надокучливая сеточка, а в левую ушную раковину проникла матерчатая хреновина. Проскочила искра: на сетчатке возник маршрут с несколькими точками на нем, а бездушный глас выдавал инструкции, стоило только сосредоточить внимание на одной из отметок.

— Неужели штуковина древних? Видать совсем плохи дела, — изумился Йорихх и, немедленно, получил подтверждение невероятному предположению.

— В той области множество помех, работают только табу-вещи. Тебе придётся разобраться с проблемой самому. Убей всех инаких, кого обнаружишь на пути.

— «Справлюсь ли в одиночку?»- невольно засомневался Кровавый, разряды в небе грохотали неслабые, а боевых прислужниц было едва ли с полсотни. Йорихх завсегда полагался на собственную мощь, поэтому плодил в основном бытовых слуг.

— Первые координаты — на самом краю болота. В той местности, под прикрытием оберега, глава святотатцев схоронил свою самку. Когда прийдешь туда, просто уничтожь все живое и неживое в радиусе километра. Твоя магия, как раз, подходит для такого. Затем жди подкреплений и готовь плавсредства.

— Подкреплений? — невольно переспросил Йорихх.

— Систему управления надо менять. Феодальная раздробленность в нынешних условиях изжила себя, — выдал зубодробительное пояснение Великий Отец, затем увидел недоуменный взгляд подопечного и поправился, — Один бог на небе, один аспид на земле! Твоими помощниками станут ещё пять хозяев грайвенов. Справишься — поставлю тебя во главе региона.

От таких щедрых посул Йорихх воспарял духом. Усилием воли змей затворил рану на брюхе и экзальтированно произнёс:

— Я не подведу, о Великий Шеш. Святотатцы подохнут самым мучительным образом!

— Вот и хорошо. А сейчас поспеши! — довольно пророкотал Праотец и ощущения чужого присутствия в мозгу пропало.

Глава 17. Творец.

Каждый из нас может уподобиться Богу, главное, чтобы Он не уподобился нам.

Неизвестный философ;

— Мое тело разрушено. Извини, что подвела тебя. Я пришла попрощаться, — прозвучал в ушах печальный голос.

Одновременно с ним на Ходока обрушилась лавина эмоций. Печаль, нежелание умирать и искренняя любовь к нему, перемешанная с чувством вины. С каждой секундой созданный ожерельем Леты канал ослабевал, а пустовавшее ядро подергивалось. Оно как бы намекало, что делать.

— Разрушено? Ерунда. Мы найдём тебе новое, — мысленно успокоил синевласку Слай и потянул ее сущность на себя, заполняя центр силы. Его действия очень не понравилось шестиугольникам.

Стражи бросили нарушителей, окружили парня и палили по нему малыми световыми лучами. Однако их оружие пасовало. Оно хорошо подходило против последователей тьмы, а вот против развёрнутого Асоль щита оказалось почти бесполезным.

Однако гексагоны не отчаивались. Они воспроизводили сами себя и постепенно наращивали мощь залпа. Стало ясно, что рано или поздно защита падет, но юноше сейчас было не до этого.

В очередной раз за недолгое время энергетика перекраивалась. Сосуд души плохо соотносился с предполагаемым вместилищем. Небольшая синяя искорка растворялась в насыщенной зелени ядра. Шакти окаянного центра силы отторгало и убивало девушку.

— Бесполезно. Бедняжке уже не помочь, — сухо прокомментировал первый учитель, — Она адепт водной стихии, вместилище чувств не примет ее. Хотя и грустит без хозяина.

Как ни странно, слова старика подкинули любопытную мыслишку. Перед реализацией задумки Слай оглядел поле боя. Княжна и принцесса все также лежали без сознания. Стражи на них не реагировали. Обожженного до неузнаваемости Скалозуба обиходовала незнакомка. Хищная и ловкая девица сбросила личину паука и харкала на друга какой-то гадостью. Впрочем, плевки имели положительный эффект: ожоги и волдыри стухали. Местами даже появилась розоватая пленка. Ощутив взгляд, девушка посмотрела на Слая и облизнулась.

— Какой интересный экземпляр! — хохотнул лже-Джед, — Нужно и ее охмурить для порядка.

Ходок проигнорировал замечание престарелого ловеласа. Он убедился, что непосредственной опасности для друзей нет и приступил к сумасбродной идее.

Юноша объединил силы четырёх ядер и двух источников, выдавливая пятый центр силы на новое место. Туда, где разместилась голубая шенхуандина. Процесс протекал неохотно и сопровождался дикой болью. Хорошо, что упрямец умел терпеть муки.

Не спеша и разрывая духовные каналы, зелёное ядро смещалось в нужную сторону. Для столь титанического труда, помимо внутренних резервов, пришлось задействовать слишком многое: запасы шакти из аримии и сила тотема растрачивались с немыслимой скоростью.