Тут в задних рядах зрителей послышались презрительные смешки, и Земляничка озверела:

— Смеетесь и втихаря?! А слабо выйти сюда и объяснить, что смешного в моих утверждениях?!

Как и следовало ожидать, желающих ответить на этот вызов не нашлось, и Раиса Александровна насмешливо фыркнула:

— Что, страшно? А знаете, почему? Потому, что вы и тупы, и трусливы. В отличие от моего родича, который за два месяца обучения в лучшем лицее страны не получил ни одной оценки ниже десятки, не отказался ни от одного вызова на дуэль и выиграл все девятнадцать проведенных. Хотя рубился не только с такими же пробужденными, как он сам, но и с инициировавшимися магами! Так чем вы достойнее его? Количеством благородных предков? Близостью глав родов к трону? Их связями в других дворянских родах Империи? Деньгами на их счетах? Так все это НЕ ВАШЕ. А чего добились лично вы своим умом и Даром? Да ничего! Поэтому-то и беситесь из-за чужого успеха. Ибо он лишний раз доказывает вашу никчемность…

Народ, естественно, оскорбился. Но возмущался вполголоса и недолго — до конца небольшой паузы в монологе Суккубы. А потом она набрала в грудь воздух, и на стоянке снова наступила мертвая тишина:

— В общем, так: я, Раиса Александровна Зыбина, официально заявляю, что следующая попытка унизить Лютобора Игоревича Дерябина закончится смертью его обидчика и межродовой войной!

Тут толпа охнула, ибо подобного не ожидала. А «старшая сестричка», спокойно переждав волну шепотков, добавила еще пару фраз:

— Уточню. Для особо тупых или злоязыких: мое предупреждение никак не ограничивает достойные способы решения межличностных проблем, то есть, если у кого-нибудь из вас вдруг появится желание вызвать моего родича на дуэль, то вперед и с песнями! А любителям бить исподтишка, в спину или загребать жар чужими руками советую сразу заказывать гробы — менталистов в полиции и Службе Имперской Безопасности более чем достаточно, а я — личность упертая и не боюсь крови, так что справедливость обязательно восторжествует…

…Ректор и группа быстрого реагирования районного околотка полиции прибыли на место происшествия практически одновременно. Волконскую это расстроило, так как она, судя по всему, привыкла держать руку на пульсе происходящего и была не готова оказаться на вторых ролях, а командира ГБР, наоборот, обрадовало — он выслушал под запись идеально четко структурированные обвинения Зыбиной, подозвал к себе менталиста, в его присутствии задал деморализованному представителю рода Меркуловых буквально три вопроса и отзвонился прокурору. Все необходимые санкции получил, что называется, бегом и загрузил работой подчиненных — менталист приступил к новому, на этот раз полноценному допросу, оба дознавателя придержали СБ-шников лицея, как раз начавших организовывать эвакуацию пострадавших в медблок, и принялись опрашивать последних. А сам командир группы отвел в сторону Ираиду Федосеевну и начал задавать вопросы ей. Кстати, голоса не понижал, поэтому я прекрасно слышал каждый. И вскоре пришел к выводу, что машина правосудия уже набрала ход и останавливаться не собирается:

— Госпожа ректор, скажите, пожалуйста, арендовал ли род Меркуловых парковочное место на этой стоянке, и если да, то когда именно?

— Да. Три с лишним года тому назад.

— Мог ли Нестор Демьянович перепутать парковочные места и случайно припарковать машину на место, арендованное родом Зыбиных?

— Это исключено: место Зыбиных находится в другом секторе стоянки, а Нестор Демьянович, как я уже говорила, паркуется на своем уже более трех лет.

— Допустимо ли самовольное использование чужих мест?

— Нет, недопустимо: в договоре, подписываемым представителями глав родов каждого лицеиста еще до начала обучения, имеется отдельный пункт, категорически запрещающий парковку на чужих местах даже при наличии личных договоренностей между учащимися. Ибо в прошлом подобное не раз приводило к серьезнейшим межродовым конфликтам.

— Подписывал ли представитель главы рода Меркуловых какие-либо документы, регламентирующие использование площадных заклинаний на территории лицея?

— Конечно! Могу предоставить заверенные копии соответствующего соглашения…

Выяснив все необходимое для того, чтобы качественно закопать Нестора Демьяновича, служивый поблагодарил Ираиду Федосеевну за неоценимую помощь, жестом подозвал к себе освободившегося менталиста, выяснил, что тому удалось вытрясти из «вершителя чужих судеб», и подошел к нам, заявил, что расследование, по сути, завершено, и поделился кое-какой информацией:

— В результате ментального допроса было установлено, что Меркулов Нестор Демьянович поспорил с одноклассниками на десять тысяч рублей, что еще до Нового Года вынудит вашего племянника забрать документы из лицея. Сегодняшняя акция должна была стать намеком, а завтра утром Лютобора Игоревича планировалось поймать в мужском туалете и морально сломать. Как именно, я рассказывать не буду, скажу лишь, что вполне конкретный план был принят единогласно, и… у меня есть все основания для ареста всех пяти участников этого комплота!

Одними словами дело не обошлось: уже минуты через две-три любителя намеков подхватили под белы рученьки, украсили блокираторами магии, довели до внедорожника и засунули в отсек для арестованных, а затем в том же стиле «порадовали» и трех его сообщников, обнаружившихся в толпе. Отследили и текущее местонахождение последнего, вовремя давшего деру, но за ним — если я правильно понял — отправили экипаж патрульно-постовой службы. А потом на стоянку зарулили лимузин с гербами Меркуловых и два монструозных «Святогора» с охраной, я морально настроился на конфликт посерьезнее, но не угадал: госпожа ректор приказала сотрудникам службы безопасности лицея очистить территорию, и нас, лицеистов, отконвоировали во второй корпус.