Я поднялся на ноги и запустил руки в волосы.

Повернувшись лицом к своему лучшему другу, я схватился рукой за горло в жесте удушья, а потом показал:

«Ни хрена не могу сказать. Мэй помешена на свадьбе, на этой гребаной церемонии, а я не могу вымолвить ни единого долбаного слова.

Я покачал головой.

«Сейчас я даже с тобой не могу говорить. Одним из немногих людей в мире, с которыми я мог это делать, потому что мысль о том, чтобы говорить перед кем-то еще, украла все мои гребаные слова».

— Никто не ждет, что ты заговоришь, тупой ты придурок. Мы все знаем, что ты покажешь жестами.

Я сжал кулак и ударил им по ближайшему столбу веранды. Уставившись на деревья, я постарался взять дыхание под контроль. В конце концов я повернулся и увидел, что мой вице-президент расслабленно откинулся на спинку кресла. Он привык к моим вспышкам гнева. Миллион раз видел, как я теряю самообладание из-за своей дефектной речи.

Прислонившись к перилам, я показал

«Я чертовски сильно хочу в этот день заговорить, Кай. Хотя бы раз в жизни я хочу говорить нормально».

Я проигнорировал вспышку сочувствия в глазах друга. Если признаю это, то только еще больше разозлюсь.

Кай поднялся на ноги и встал рядом со мной, предложив еще пива.

— Тогда мы заставим тебя говорить, черт возьми. Проще простого.

Он пожал плечами, как ни в чем не бывало.

Когда я поднял бровь и посмотрел на него, этот ублюдок ухмылялся. Я покачал головой, но не смог сдержать ухмылки в ответ.

Дверь открылась, и на веранду вышла Мэй, ее длинные волосы были растрепаны после сна. Она зевнула, придерживая рукой живот, а затем когда увидела меня, улыбнулась так чертовски широко.

— Мне показалось, что я тебя слышала.

Она бросилась ко мне и обняла меня за талию, ее живот уткнулся в мой. Она рассмеялась от того, что уже не могла подойти ко мне так близко, как раньше.

Я поцеловал ее в макушку, и она отстранилась. Скрестив руки на груди и подозрительно глядя на нас с Каем, она спросила:

— Что вы двое задумали?

Кай пожал плечами.

— Просто захотелось попить пива. Я сбежал от Грейс, когда она попыталась наложить на меня гребаный макияж. Я имею в виду, знаю, что чертовски горяч, и мог бы красоваться с глубоким лиловым на глазах лучше, чем любой другой парень, но к черту это дерьмо. Я оставил Малыша Эша за себя. Этот маленький ублюдок в мгновение ока будет выглядеть как шлюха. Он привез Мэддс, чтобы та провела ночь с Ли и Грейс. Это был мой гребаный сигнал уйти и напомнить себе, что у меня действительно есть пара шаров.

Громкий смех Мэй успокоил мои расшатанные нервы, как проклятый бальзам. Она запрокинула голову и сказала:

— Не возражаешь, если я схожу к ним? Мне очень хочется на это посмотреть.

— Н-Н-Нет, — сумел выдавить я.

Ее брови подозрительно опустились. В последнее время я почти не заикался в ее присутствии. Это был признак того, что что-то было не так. Но она пропустила это мимо ушей. За это я был благодарен.

— Я приготовлю ужин перед уходом, — сказала она и посмотрела на Кая. — Хочешь остаться, Кайлер?

— А медведь гадит в лесу?

— Я... что... прости?

Чертов нос Мэй дергался, уничтожая меня на месте.

— Это был серьезный вопрос? Я не знаю, делают ли это медведи... в лесу. — Она сделала паузу. — Скорее всего... да?

— Верно подмечено, милые щечки, — заявил он, подмигнув.

Я чуть не ударил этого мудака за то, что он шутил над моей старухой. Он знал, что все культовые сучки — включая его собственную жену — все еще много не понимали.

— Хорошо, — ответила она немного растерянно.

Прежде чем она повернулась, чтобы уйти, я схватил ее за руку и притянул к себе, стараясь не задеть живот. Я прижался губами к ее губам и погрузил язык ей в рот. Мэй застонала, когда я схватил ее одной рукой за шею. Я отстранился, ее глаза остекленели, а губы распухли.

— Не обращайте на меня внимания. Я всегда готов к живому порношоу, детки, — сказал Кай.

На этот раз я ударил его в плечо, когда лицо Мэй покраснело.

— Я пойду приготовлю ужин, — прошептала она.

Я смотрел ей вслед. Когда дверь закрылась, глубоко вздохнул.

— М-м-мне... н-нужно з-з-з-загово-р-рить.

Я помолчал, сглотнул, смочил горло пивом и закончил:

— Мне это ч-ч-чертовски н-нужно, Кай.

Я задыхался от изнеможения, когда мне удалось заговорить сквозь гнев. Когда мне вообще удалось это сделать.

Маленькая победа.

Кай положил руку мне на плечо.

— Тогда мы заставим тебя говорить. Не знаю как, но мы это сделаем.

Он подтолкнул меня локтем, затем выпрямился и сказал:

— Как насчет того, чтобы я просто спрятался за алтарем и говорил за тебя? Ты просто двигаешь губами в такт моим словам и бум! Ты будешь говорить, мать твою!