— Ты не сказала, — констатирует Девять. — Не сказала ему правду.

— Такую правду недостаточно сказать, ее надо вспомнить.

— Паломничество и покаяние на алтаре Матери Маат, — говорит Девять. — Это твоя идея?

Тэнэ кивает.

— На островах Латирия не имеет власти, а когда творишь чудеса, самое важное — независимые наблюдатели. У нас будут тысячи свидетелей. Скорбь и искупление. Терранс выберет что-то нейтральное, торговый фрат или плоскодонку и попросит милосердия Матери. Сложность в том, что авару нельзя доверять, но я ставлю на его упрямую натуру, он захочет победить. Он еще и сам поверит в истинность нашего чуда.

— Но разве мы не упустили свой шанс?— спрашивает Девять. — Я же не вышла из того портала вовремя. Будущее не случилось.

— Адмирал Эвориан предложил свою помощь. Мы вернем тебя обратно. Вторая попытка, Найнэ, вторая и последняя. Я прошу тебя не ради тщеславия доктора или Латирии, ты же знаешь, что ставки намного выше.

— Я не доверяю адмиралу, — говорит Найнэ. — Уверена, он больше нас знает о том, что происходит, но молчит.

— На доверие у нас времени нет. Пожалуйста, в этот раз сделай все правильно, — говорит Тэнэ и мэтресс тяжело поднимается из кресла. — Мессия нужна людям, только чудо может объединить их, а если Творец и правда собирается уничтожить наш мир, то без единства нам не выжить.

— Маат вернет авару утраченное, — шепчет Девять. — Что помнит ваша новая кукла? И что вы сделали с моим Террансом? Выкинули в шлюз?

— Идёт война, — говорит Тэнэ. — Кто же выбрасывает оружие?

Рамка вокруг двери гаснет, входит телохранитель, а следом за ним медленно переставляя через высокий порог все шесть ног, вваливается сикор. Машина тыкается, как слепая, но потом определяет направление и двигается к ней. Девять видит вещевой мешок, он покачивается между вытянутыми вперед металлическими конечностями. Она берет его и открывает, внутри лежит скаф. Прежде чем выйти за порог, Тэнэ оборачивается и добавляет:

— Анита Азари вернула вирус, чтобы спровоцировать Творца на конец света, мэтресс в ответ вернула ту, которая способна остановить его, а какой ценой, решать придётся нам.

Адмирал приходит минут через двадцать. Ни колец, ни серёг, волосы безразлично зализаны назад. Он снял форму и на нем обычный рабочий комбинезон, а поверх аюба, плотная, с капюшоном. Девять чувствует даже структуру ткани, определяет плотность на слух. Адмирал заходит и закрывает за собой двери. Загорается защитная рамка. Она встаёт ему навстречу, но пока не понимает. Адмирал достаёт из кармана коробочку и протягивает ей.

— Открой, — командует он. — Один твой, второй мой.

Она берет коробочку. Он отворачивается от нее, достаёт что-то еще из второго кармана, садится на корточки и начинает рисовать. Девять не узнает йондаль, который адмирал рисует на полу. Символ чем-то похож на тот, в молитвенном зале, но она не чувствует точку контакта. Когда адмирал заканчивает симметричный рисунок, уже во всю светится, ярким, синим цветом. Мел в его руках светится так же.

—Да, ты все правильно поняла, это сеорид, мелок намного эффективнее, чем лить наследную кровь.

— И купить его можно в любой лавке, — цедит сквозь зубы Девять. И хотя она не видит лицо, но слышит реакцию адмирала. Он смеется над ней.

— Когда сама научишься отматывать Тропы назад, тогда лавка тебе не понадобится, а пока смотри и молчи. Это йондаль из (не)периодической таблицы, повезло тебе, что я знаю, как им пользоваться и точно знаю время и положение Творца, чтобы рассчитать куда надо вернуться.

— Хочешь сказать мы вернемся назад во времени?

— Нет никакого времени, все всегда происходит сейчас, просто надо бросить якорь в другой точке. Вставай напротив меня, якорь держи крепче. Смысл в том, что материя знает о существовании времени, а сущность - нет, значит наша цель убрать препятствие. Как только исчезнет тело, исчезнут и ориентиры, чтобы вернуться надо обязательно знать точные координаты Творца и интервал между точками сохранения.

— Этому где-то учат?

— Математике? Конечно, в университете, — смеется адмирал. — Но ты вроде там училась, я уже и со счета сбился, сколько раз!

— Я про йондали, — уточняет Найнэ. — Печати, как их создавать и рисовать?

— Учат, всему где-нибудь да учат, но проще вспомнить. У тебя же есть колодец Мелиссы, попроси богиню поделиться знаниями.

— Откуда ты знаешь про Мелиссу?

— Я же сказал, когда знаешь как было, то видишь и как будет.

Адмирал встаёт внутрь печати и указывает ей встать напротив. Она делает шаг вперёд, открывает коробку и достаёт две ровные, отполированные до блеска пирамидки. Пальцами она чувствует выгравированный на дне рисунок.

— Прикладывать плотно, узором к коже, понятно? — говорит адмирал и показывает на внутреннюю сторону запястья.

— Где мы окажемся?

— В предыдущей точке сохранения.

— А если эта точка нам не подойдет? Можно вернуть все обратно?

— Извини, дон а ви, но нет, это уже Тропы несбывшегося, не мой уровень доступа. Ну что, готова?

— Вдруг все станет еще хуже чем было?

— Значит будет нам всем урок смирения. Сейчас выбор невелик, надо исправлять то, что ты натворила.