– В общем, по итогу, меня обратно не повезут. Полковник, омский, сказал. Он тут рассредоточит по этажам спецов. Наблюдать они будут и охранять, – добавил Яго. – Так что опять: из одной клетки в другую. Но тут мне нравится больше. Хотя бы разрешили по коридорам гулять. Не буду тухнуть в одной закрытой каморке все сутки.

– Вот уж везение… – Сезонов вздохнул.

Дверь в палату открыл бесшумно подошедший врач и оглядел обоих пациентов. За его спиной стоял медбрат.

– Здравствуйте, господа. Вижу, вы в прекрасном расположении духа, – врач улыбчиво посмотрел на Ягосора.

– В очень прекрасном, – буркнул тот, подпирая голову кулаком.

– А вы, стало быть, подполковник Сезонов.

Врач подошел к нему, снимая с шеи стетофонендоскоп, и быстрым профессиональным взглядом просканировал данные карты по показателям гемодинамики.

– Так точно, – кивнул Сезонов.

– Я попрошу вас ненадолго выйти, мне нужно осмотреть подполковника и провести необходимые манипуляции.

Медик взялся за душки стетоскопа, взглянув на Яго. Тот со вздохом поднялся и направился на выход мимо медбрата.

– Меня Ягосор зовут, кстати, – произнес галактионец негромко, взявшись за дверную ручку.

– О, неужели! – врач вдруг просиял, будто пятилетний мальчишка, которому просто так, в качестве сюрприза вручили сахарный леденец. Восклицание ударилось в дверь, которой хлопнул Яго, выходя в коридор.

Медбрат перекрыл капельницу и отсоединил от руки трубку, снял присоски с груди. Подполковник самостоятельно и осторожно сел в кровати, выпрямляясь.

– Дискомфорта в брюшном отделе при движении не испытываете? Я вас прослушаю. Говорят, именно вы разговорили этого товарища и первым же узнали его имя, – врач посмотрел на Сезонова и кивнул на дверь.

– Правда, – ответил тот, пока медик, держа дужки, вставлял оливы.

– Прекрасно. Дышите глубоко и ровно... Ну, давайте к делу, товарищ подполковник, – врач внимательно осматривал Сезонова, прослушивая его. – Когда очнулись? Что беспокоит? Голова не кружится, сухости во рту нет?

– Очнулся минут десять назад. Сейчас ничего не беспокоит.

– Вы очень стойки, удивляюсь. Ваш организм. Рана заживает хорошо. Быстрее, чем у всех пациентов, с подобными ранениями у которых мне приходилось сталкиваться. Да и вообще. Необычайная редкость. Никого никогда до вас не знал, чтобы организм так прекрасно себя вел, – задумчиво произнес врач.

Сезонов молчал. Не будет же он прямо сейчас рассказывать, что всё благодаря сывороткам, введенным ему еще два десятка лет назад?

Отложив фонендоскоп в сторону, медик отстегнул от подполковника корсет и пальпировал бок со спины и живота, осмотрел швы.

– Вы в медицинском центре на базе военного госпиталя. Вас привезли пару дней назад без сознания, в стабильно тяжелом состоянии. Тут же проведена операция. Прошла успешно, но не быстро, – говорил врач между проводимыми манипуляциями и внешним осмотром. – Огнестрельное ранение с обширным дефектом прямой и косой животной мышцы, дефектом кишечной стенки вкупе с геморрагическим шоком. Повезло, что живы остались. Упустили бы считанные минуты – внутреннее кровоизлияние было бы тяжелее, обильнее, без каких-либо шансов на успех. Пока несколько часов бандаж не надевайте.

Врач вынул из кармана медицинского халата упакованные в стерильный пакет ватно-марлевые диски, пропитанные раствором, наклеил на послеоперационные швы на животе и спине Сезонова.

– Правила просты. Самое главное, известное всем в стенах лечебных учреждений – соблюдать постельный режим, – сказал врач. – Особое диетическое питание. Антибиотики покапаем, витамины. Физические, силовые упражнения, глубокие наклоны не выполняйте: не нагружайте мышцы до заживления. Вставать, ходить надо, но первое время не очень долго, не до мышечного напряжения. Неделю побудете у нас. Последим за вашим состоянием, понаблюдаем. Показаний к релапаротомии я пока не вижу. У вас всё прекрасно заживает, кратно быстрее, чем у всех. Так что у вас есть все шансы уйти из этих стен раньше.

– Понятно, спасибо, – Сезонов кивнул.

– Сообщите о нем на пост, – обратился врач к медбрату и вновь повернулся к подполковнику: – Ну, будем вставать на ноги, товарищ офицер.

– Без этого никуда.

– Отдыхайте.

Врач вышел. Как только медбрат, помогший выполнить санитарно-гигиенические процедуры, покинул палату, тут же из коридора к Сезонову влетел Яго и вихрем пронеся к дальнему стулу.

– А сегодня запеканку морковную в здешней столовке давали. Я за вас порцию тоже в себя опрокинул, – довольно сообщил галактионец, словно хвастался включением в Книгу рекордов Гиннесса.

– Ну на здоровье, что сказать, – вздохнул Сезонов, спуская с кровати ноги.

– Случилось что, командир? – Яго тут же посерьезнел.

Подполковник огляделся по сторонам в поисках чего-либо, что можно бы накинуть на тело, но ничего не нашел.

– Надо подумать… Как обезопасить тебя здесь. Раз тебя тут оставляют. Несмотря на спецназ, – задумчиво произнес он, что-то вычисляя в уме. – Всё равно что-то случится, думаю. Они не откажутся от своей идеи, их ничего не остановит.

– Кого – «их»? – Ягосор подобрался.