— Вот такой я человек. С врагами я крайне жесток, а с близкими слишком добр. У меня в голове инстинкт «свой-чужой» выкручен на максимум. Поэтому нет ничего удивительного в таких различиях в поведении. Но ты права, я местами перебарщиваю… Однако в свою защиту хочу сказать, что делаю выводы и учусь на ошибках. Изабелла постоянно тыкает меня в них носом.

— Она хорошая… — вдруг прошептала Рафталия, доедая шоколадку. — Хоть и обзывается.

— Согласен.

Мы набивали животы до отвала, ибо понимали, что сидеть нам здесь максимум сутки, а запасов было на трое. Разговаривали на отвлечённые темы, делились детскими воспоминаниями, словно пытались подружиться. Я особо не думал, как бы залезть к ней в трусы, ведь она это чувствовала и отдалялась. Да и как выяснилось, Рафталия была приятным собеседником с весьма нестандартным видением смысла жизни.

Она искренне верила, что человек был жив, пока его помнили. Поэтому она возводила институт семьи в абсолют, ибо планировала передавать эту философию своим детям. Я же не стал её переубеждать, ведь это только бы оттолкнуло эту ушастую глупышку. Да и каждый волен выбирать, во что ему верить. Если ей так было проще жить, то кто я такой, чтобы вмешиваться?

— Слушай, — начала Рафталия после длительной паузы, во время которой мы просто сидели у костра и грелись. — Внутри маловато места… Будет тесно. Или ты сделал это специально?

— Опять ты меня извращенцем назвала, — я устало вздохнул. — Парашют таких размеров потому что. Будем спать по очереди. Если хочешь, ложись, а я пока поработаю.

— Прости… — едва слышно произнесла она. — Не могу отделаться от мыслей, что ты похотливый извращенец.

— Ага, — я демонстративно уткнулся в планшет, сделав вид, что меня задели её слова.

— Просто… Сперва ты как бы случайно трогал мои ушки, потом купил поцелуй, а сегодня вообще замуж позвал! Что я ещё должна думать?

— Я уже устал тебя переубеждать. Думай что хочешь. Мне без разницы.

— Ну чего ты?.. — она тихонько меня тыкала в спину хвостом. — Обиделся?

— Нет.

— Обиделся… — она забралась в палатку. — Блин, а тут холоднее, чем у костра.

— Внутрь костёр никак не смогу засунуть, — я был максимально отстранён. — Можно разобрать палатку и сделать спальник, если хочешь.

— Нет. Не нужно… — она замолчала. — Слушай, Кирилл…

— А?

— Всё-таки вместе будет теплее… Но если будешь приставать…

— Если не доверяешь, спи одна, — грубо перебил я. — Проснёшься, будешь следить за костром.

— Да нет же! Просто я никогда раньше не ложилась спать рядом с парнем… Никогда…

— Ты уж определись, — я отложил планшет и повернулся к ней.

— Холодно… — она тёрла ладони, пытаясь согреться. — Ладно, ложись рядом. Я не против.

— Как скажешь, — каких же трудов мне стоило сохранить каменное лицо, но всё-таки я это сделал и не подал виду, что был доволен как лиса, пробравшаяся в курятник.

Внутри палатки было и правда очень тесно, и, дабы Рафталия вновь не обвинила меня в извращенствах, я лёг к ней спиной. И если щекотавший мои пятки хвост уже подсох, то вот её волосы оставались сырыми. А ведь я уже к тому времени полностью высох и успел согреться, но был вынужден вновь ощутить этот неприятный холодок.

Рафталия не врала, здесь действительно было значительно прохладнее. Я кое-как достал планшет и приказал кукле взять ветку, которая послужит опахалом. Пришлось корректировать угол взмахов, чтобы в палатку заходил тёплый воздух, а не дым, но с горем пополам мне удалось настроить всё более-менее пристойно.

От жаркого ветра меня бросало в дрожь, как бывает, если залезть в горячую ванну. У Рафталии тоже мурашки побежали по всему телу, а хвост распушился и ещё сильнее начал меня щекотать. И в тот момент я подумал, возможно, зря позволил ей согреться, ведь тем самым понизил шансы на просьбу обняться.

Однако уже через минут пять, Рафталия начала ёрзать, а затем и вовсе повернулась сама, прижавшись ко мне. Я понимал, что она сильно смущалась, и никак не прокомментировал её поползновение. Мой коварный план понемногу подходил к кульминации.

Я уже давно понял, каким «фруктом» была эта ушастая скромняшка. И у меня уже была заготовлена модель поведения обидчивого нехочухи. С такими как она можно было действовать только так, ведь чем сильнее ты на неё напирал, тем быстрее она отдалялась. Я был научен горьким опытом…

А вот если ты сам отдаляешься в тот момент, когда уже заинтересовал её, то она начнёт к тебе тянуться, чтобы не упустить окончательно. Обычно такие девушки любят держать парня на дистанции, а потому логично, что дистанцию надо попытаться разорвать. Но делать это следует медленно и обоснованно, отвечая «обидами» на многие выпады с её стороны.