– Всё хорошо, просто развеяться решила, - бормочу, забиваясь в дальний угол дивана и отворачиваясь к окну.

– Ясно.

Больше меня отец не трогает. Общается с Гошей, спрашивает про учебу, про спорт. Гошка- самбист. Недавно приехал с очередных соревнований, впечатлениями так и брызжет, забивая своими рассказами всю дорогу до Кисловодска. Его задорный, уже начинающий ломаться голос действует на меня успокаивающе, как и проносящийся родной пейзаж за окном.

И чего я так вспылила? Надо было просто мимо ушей пропускать и всё. Будто я в первый раз слышу это всё. Но я рада, что выбралась. Удушающая атмосфера дома постепенно отпускала, слабея с каждым километром и оставляя лишь стылую пустоту.

У строительного гипермаркета мы паркуемся за час до закрытия. Зябко ежусь, выпрыгнув из теплого салона на улицу, и прячу руки в кармане кенгуру. Папа обнимает меня за плечи, ведя ко входу. Гошка так и трещит без умолку рядом, шагая с нами вровень. Я лениво озираюсь по сторонам, пока взгляд не цепляется за одну из машин на парковке. Старенький синий мицубиси аутлендер с телефонами прокатной компании на боку. Я бы не обратила внимание, но на капоте слишком уж приметная аэрография медведя. Сердце бухает вниз, а затем срывается на жаркий стук, покрывая кожу выступающей испариной. Так…

– Пап, а Лёва Лютик не эту машину в прокате брал? – хрипло откашливаюсь, пытаясь не сильно себя выдавать.

Папа сбавляет шаг, сдвигает брови на переносице, а потом улыбается.

– О, точно, его. И Марата – бригадира его, вот пикап. За стройматериалами приехали, наверно. Надо ему позвонить, поздороваемся.

«Не надо» хочется мне крикнуть, но я, растерявшись, молчу, смотря, как отец уже достает из кармана телефон. И только нервным движением приглаживаю петухи на голове, думая, что хотя бы причесаться всё-таки стоило.

Марат говорит мне что-то о преимуществах кварц - винила, но я, сбросив звонок Гулькиного отца, не в состоянии сосредоточиться. Взгляд бегает по большому ангару строительного гипермаркета, мотор в груди набирает обороты. Они где-то здесь...

Делаю знак прорабу, чтобы попридержал пока свою полезную информацию, и иду между рядами ко входу. Гулико замечаю сразу. И дело совсем не в её по-детски ярком бирюзовом костюме, хотя она и похожа в нем на диснеевскую Жасмин, непонятно что забывшую у стенда с шуруповёртами, а в том, что...

Не знаю.

Я всегда безошибочно и мгновенно её вычислял. В толпе одноклассников, на танцополе в полутьме клуба, освещаемого лишь мелькающими огнями стробоскопов, в кордебалете в любом ряду, если ей в кои-то веки не давали главную роль, на пляже, в магазине, на склоне...Где бы мы ни оказались, я будто чувствовал её близкое присутствие, и внутри всё тянуло как к путеводной звезде, побуждая сократить расстояние, насколько это максимально возможно. В идеале вообще его не оставить и оказаться в ней. Но и просто рядом постоять вполне подходило.

Какие-то тупые инстинкты, такие естественные в подростковом возрасте - кто из нас не ходил хвостом за понравившейся девчонкой, и так взрывающие мне мозг сейчас.

Потому что в тридцать лет уже так не делают, да?

В тридцать лет ты не бродишь как привязанный за интересной тебе женщиной - ну, если не псих и не маньяк, конечно.

Ты видишь её перед собой, трезво оцениваешь по всем пунктам - внешность, возраст, характер, поведение, привычки...И, исходя из проведенного анализа, решаешь, стоит ли вообще связываться. Если да, то одноразовая будет акция или нет. Если одноразовая, то думаешь, как побыстрее и без лишних трат трахнуть. Если нет, то опять же, какие предпринять шаги. И заодно прикидываешь насколько хоть примерно долго это затянется - ты готов её просто видеть по вторникам, пятницам и субботам, или можно знакомить с друзьями и родственниками. И опять же... А оно точно тебе надо?!

Или лучше кого попроще поискать и не заморачиваться.

Но это в теории. Или с другими. С Гулико не работает ничего, мозг просто отключается. Я не знаю, что планирую, не знаю, чего добиваюсь. Просто хочется расстояние сократить...Насколько это максимально возможно. В идеале, не оставив и миллиметра между нами.

Всю ночь убеждая себя, что на хрен надо опять связываться, утром я испытал такое острое разочарование от того, что она решила от меня удрать и сменила маршрут пробежки, что буквально физически его ощутил. Хотя так хотелось, чтобы было плевать.

Вот и сейчас я иду им навстречу и, здороваясь за руку с Тэмом и Гошкой, как дурак открыто пялюсь на Гулико.

Отводит глаза, поджимает губы, прикусив нижнюю. Её скулы заметно розовеют, и я вижу, как часто бьётся пульс в венке на её гибкой шее, полностью открытой для моих глаз благодаря небрежно заколотым на макушке тяжелым, блестящим волосам.

Она выглядит ещё более хрупкой в этом безразмерном теплом спортивном костюме, без макияжа, в кроссовках. Совсем как девчонка. И одновременно такая отстраненная и внешне холодная, что хочется взять за плечи и разочек встряхнуть. Тогда хотя бы уставится прямо мне в глаза. На автомате общаюсь с Тэмом. Сзади подходит Марат, тоже здоровается. Ему Гулико вежливо улыбается в отличие от меня. Сучка...