Она подала Брету яичницу с беконом и села за стол напротив мальчика. Брет не отрывал глаз от книжки, которую читал со вчерашнего дня. После завтрака его мать обычно начинала хлопотать по хозяйству, и, если он начинал разговаривать с ней до того, как она выпьет вторую чашку кофе, она могла накричать на него.

– Можно поговорить с тобой, Брет?

Он изумленно уставился на нее, заметив, что сегодня мать какая-то странная, не такая, как всегда. Она явно нервничала. Брет закрыл книгу и сказал:

– Конечно, мама.

– Не хочется ли тебе...
– она сглотнула подкативший к горлу комок и продолжала: - Не хочется ли тебе съездить в Стратфорд, в Коннектикут? Повидаться с тетей Холли и дядей Джимом? И с твоими двоюродными братом и сестрой?

Брет улыбнулся. Он выезжал из Мэна всего два раза в жизни - в Портсмут, Нью-Хэмпшир, с отцом. Джо перегонял туда "форд" 1958 года.

– Конечно, - сказал он.
– А когда?

– Думаю, в понедельник, - ответила мать. После Четвертого Июля. Мы уедем на неделю. Согласен?

– Конечно! Правда, я думаю, у папы будет много работы, и он...

– Я еще ничего не говорила твоему отцу. И не собираюсь.

Улыбка сползла с лица Брета. Он нацепил на вилку кусок бекона и принялся жевать его.

– Я хочу поехать туда вдвоем с тобой, - пояснила Шарити.
– На рейсовом автобусе.

Брет исподлобья взглянул на нее. И тут за окном он увидел Каджа, медленно взбирающегося по ступенькам. Своими красными грустными глазами он смотрел на ЖЕНЩИНУ и МАЛЬЧИКА. Сегодня он совсем плохо себя чувствовал.

– Ну, мам, я не знаю...

– Не говори так.

– Извини.

– Ты бы хотел поехать? Если бы отец разрешил?

– Конечно. А ты думаешь, он может разрешить?

– Возможно, - она задумчиво смотрела в окно.

– А далеко до Стратфорда, мама?

– Около трехсот пятидесяти миль, мне кажется.

– Далеко... Это...

– Брет!

Он внимательно глянул на нее. Что-то странное было и в ее лице, и в голосе. Какая-то нервозность.

– Что, мама?

– Как ты думаешь, есть что-нибудь такое, что твой отец хотел бы купить? Что-нибудь, что он давно разыскивает?

Взгляд Брета немного прояснился:

– Ну, он всегда ищет новые прокладки... И потом, его пила совсем затупилась...

– Нет, ты не понял меня. Что-нибудь большое. Значительное.

Брет задумался и вдруг улыбнулся:

– Знаешь, ему давно хочется купить золотую цепочку.
– Он помолчал. Но ты не сможешь купить ее. Это очень дорого стоит.

Дорого. Любимое словечко Джо. Она ненавидела это слово.

– Сколько?

– Ну, в каталоге я видел одну такую цепочку, и она стоила тысячу семьсот долларов.

Говорит совсем как его отец. О, Боже!

– Что ж, ешь свою яичницу, - сказала Шарити.
– Я не собираюсь дважды разогревать ее.

Он ел, тщательно пережевывая каждый кусочек и не сводя с нее глаз.

– И ты знаешь, где продаются эти цепочки?
– спросила она сына.

– Да. В магазине мистера Беласко. Это он прислал отцу каталог. Если бы у нас было столько денег!

Ее рука скользнула в карман халата. Там лежал лотерейный билет. Она играла в лотерею с 1975 года, и наконец на этот раз ей повезло. Она выиграла пять тысяч долларов. Она еще не получила выигрыш, но могла это сделать в любой момент и в любом банке.

– У нас есть столько денег, - сказала она, и Брет изумленно уставился на нее.

Кадж лежал на полу в гараже в полузабытьи. Здесь было жарко, но все же менее жарко, чем на улице... И свет здесь был не такой яркий. Раньше это не имело для него значения; более того, он даже любил яркий свет. Сейчас свет мешал Каджу. Болела голова. Болели все мышцы. Свет до боли резал глаза. Каджу было жарко.

Жарко и плохо.

МУЖЧИНА куда-то уехал. Вскоре после его отъезда МАЛЬЧИК и ЖЕНЩИНА тоже куда-то уехали, и он остался один. МАЛЬЧИК поставил возле него большую миску с едой, и Кадж заставил себя немного поесть. Но после еды ему стало не лучше, а хуже, и он оставил большую часть недоеденной.

Внезапно во двор въехал грузовичок. Кадж с трудом поднялся и направился к двери сарая, заранее зная, что приехал кто-то чужой. Он знал звук мотора грузовика МУЖЧИНЫ и семейного автомобиля. Кадж стоял в дверном проеме, жмурясь от яркого света. Грузовик въехал во двор и остановился. Из кабины вышли двое мужчин и направились к сараю. Кадж отступил в полумрак.

Грузовик приехал из Портленда. Три часа назад Шарити Камбер и ее все еще не пришедший в себя сын вошли в центральный банк Портленда и Шарити выписала чек на приобретение золотой цепочки, стоящей ровно 1241 доллар 71 цент. Перед этим она заглянул в контору, занимающуюся выплатой выигрышей в лотереях. Абсолютно растерянный Брет, забыв вынуть руки из карманов, стоял рядом с ней.