Он огляделся вокруг.

И услышал, как кричит брат. Услышал, как вопит мать.

«Кухня – это сердце дома, – подумал Сэм. – Здесь члены семьи собираются вместе для задушевной беседы».

«Должны собираться», – поправил он себя.

Но в этом доме не было места задушевным беседам. Он был обиталищем смерти. Надежды Гудмана, его мечты, его любовь – все это жестоко отняли у него.

Уэйнрайт открыл дверь холодильника, и наружу вырвался морозный воздух.

– Хоть мы здесь всего на одну ночь, холодильник полон, – сообщил он писателям. – Вода, газировка, вино, пиво. Мясная нарезка. Овощи. Фрукты.

Визг проржавевших дверных петель заставил Мор вздрогнуть. Дэниел открыл заднюю дверь и смотрел на пересекающую двор линию из каменных плиток.

– Какого черта, Манниак? – рявкнула Мор.

Толстяк показал на дорожку, ведущую от места, где он стоял, к просвету между деревьями.

– Это куда ведет?

– К колодцу, – ответил Уэйнрайт таким тоном, словно больше никуда дорожка вести и не могла. – Там все сильно заросло, так что смотрите под ноги, если туда пойдете. Мне сказали, что колодец закрыли много лет назад, но, пожалуйста, постарайтесь, чтобы ваша прогулка не закончилась на дне.

Сэм заметил, как на лице Уэйнрайта мелькнула ухмылка, словно мысль о том, что кто-то из них может упасть в колодец, его позабавила.

– А что здесь? – Обернувшись, все увидели, что Себастьян положил руку на ручку двери в нескольких шагах от плиты. – Кладовка, полагаю?

Уэйнрайт покачал головой:

– Подвал. Туда спускаться никакого смысла нет. Там только крысы и наш верный генератор. К тому же подвал как таковой занимает лишь треть площади фундамента. Остальное – технический подпол.

– Странно, – заметил Дэниел. – Почему не сделали большой подвал?

– Возможно, мистер Гудман начал его копать, но на что-то наткнулся. – В глазах Уэйнрайта блеснул огонек. – Возможно, поняв, что он открыл проход в некое темное и пустое место, он запечатал его. Как можно скорее. Пока тьма не выбралась наружу.

Дэниел охотно закивал, включаясь в игру:

– Ну да. Ну да, он докопался до преисподней, и грехи, которые он совершил в прошлом, потянули его вниз.

– Конечно, если воспринимать все вопиюще буквально, – сухо сказал Себастьян.

Мор усмехнулась:

– А может быть – предположим смеха ради, – его просто задолбало копать гребаную яму.

Себастьян улыбнулся:

– Маловероятная гипотеза, но я не исключаю, что все так и было.

– Возможно, дело в фундаменте, – вступил Сэм. – Оттого что дом совсем рядом с ручьем, в подвал могла проникнуть вода. Дренажных насосов в те времена еще не было, и, чтобы не получить бассейн под домом, Гудману пришлось ограничить подвал в размерах. Готов поспорить, вода до сих пор сюда просачивается во время сильных ливней.

– Вы это прочли у Адьюдела? – спросил Дэниел. – Вы же вроде сказали, что не…

Сэм покачал головой:

– Я вырос недалеко отсюда, в двух часах езды на юг. В Канзасе часто случаются бури. И у многих дома с подвалами. И полно паршивых подрядчиков, которые плохо делают эти подвалы.

Ярко сверкнул отраженный стеклом свет. Сэм повернулся и увидел, что Кейт направила на него объектив.

Внезапно его захлестнула волна тошноты, и он закрыл глаза.

Я не хочу здесь находиться. Не хочу стоять на этой кухне.

Казалось, он вот-вот потеряет равновесие. Вот-вот упадет. Сэм торопливо схватился за край кухонной стойки. Край был округлым и странно холодным. Металлическим.

Он открыл глаза. Под рукой была стальная плита. Выглядела она в точности как на кухне матери.

А на задней левой конфорке стояла глубокая чугунная сковорода.

Сэм дернулся, словно от ожога.

– Сэм, с вами все хорошо?

Это был Себастьян. Он говорил шепотом, чтобы не привлекать внимания остальных.

Несколько секунд Сэм не знал, что ответить на простой вопрос старика. Потом кивнул и тихо сказал:

– Да, я в норме.

– Что случилось, Мак-Гарвер? Дом на вас действует? – с ухмылкой поинтересовался Уэйнрайт.

Сэм сжал зубы.

– Просто хочу уже пойти дальше.

Уэйнрайт жестом пригласил его к следующей двери:

– Ну так пойдемте. Нам еще многое предстоит осмотреть.

Писатели потянулись из кухни.

Сэм вышел первым.

Вдоль южной стены шел узкий коридор. Мор шла в хвосте цепочки мимо длинного ряда окон слева. Двери комнат в коридор не выходили, был лишь арочный проход из передней, через который они сюда попали, и дверь в дальнем конце.