Это оказался пластиковый противоударный контейнер с двумя ручкам для переноски. Не тяжелый, даже, можно сказать, легкий, словно у него внутри ничего не было. Можно было бы потрясти его, чтобы выяснить, если ли там что-то внутри или меня так лихо и одновременно глупо накололи, отправив за пустым контейнером, но я еще не настолько выжил из ума, чтобы трясти контейнеры, весь вид которых буквально кричит о том, что их содержимому трястись нежелательно.

К тому же, у меня есть намного более безопасный, а главное — надежный способ выяснить, что же там внутри. Ведь никаких замков на контейнере не было. Буквально никаких. Только две пластиковых защелки, которые легко поддались пальцам и со щелчком отскочили.

Я на мгновение задумался, а стоит ли вообще открывать контейнер, но потом вспомнил, что в договоре со Шмелем не было сказано ни слова о том, что я не могу посмотреть, что в контейнере. В конце концов, а вдруг я правда слутал какую-то пустышку, которую ушлый ученый подсунул мне вместо реальной цели моей миссии? Если так, то я еще смогу вернуться, вычислить его по следам, которые он наверняка не то что не умеет, а даже не пытается маскировать, и вытрясу из него свое, честно заработанное через уничтожение модератора.

Контейнер легко открылся, являя мне свое нутро. Внутри него, как я предполагал, все пространство заполняла мягкая губка, поверхность которой образовывала множество маленьких пирамидок. Именно наличием этой мягкий губки и объяснялось то, что внутри ничего не шуршало, не гремело и не каталось, ведь на крышке было все то же самое, и пирамидки заполняли пустоты между друг другом при закрытии, не оставляя пустых мест даже если бы в контейнере ничего не было. А в контейнере было. Там было немало.

Особняком от всего лежало что-то непонятное — какой-то браслет, сделанный будто бы из замкнутой в кольцо спирали ДНК. Но, если в спирали ДНК две цепочки соединены перемычками из чего-то там, то здесь никаких перемычек не было, и половинки спирали просто парили напротив друг друга, не притягиваясь и не отталкиваясь. Словно на самом деле перемычки были, просто я их не видел.

Как и все непонятное и неизвестное, этот чит, а я готов биться об заклад, что это чит, мог быть опасен. Особенно, при условии, что я не знаю, как его использовать. Поэтому я не стал его трогать и сразу обратил внимание на вторую половину контейнера. Там было намного интереснее.

Во-первых, там была целая кипа различных бумаг. Той или иной степени испорченности, той или иной степени целостности — целая пачка. Каждый лист был покрыт тончайшей пленкой, блестящей на солнце, и только лишь поэтому они до сих пор оставались целыми. Если бы не это, большая часть бумаги уже бы расползлась на мелкие клочки если не в момент, когда ее перекладывали в кейс, то в процессе транспортировки — точно. При этом, что интересно, хитрая пленка совершенно не увеличивала толщину бумаги, из-за чего вся эта пачка была той же толщины, что была бы и без защиты. Ну, может, на миллиметр толще, и то не уверен.

А вот карта памяти выглядела новой. Медные контакты не окислены, нигде не видать ни следа прошедших лет. Словно ее вытащили из заводской упаковки за минуту до того, как положить в контейнер.

Поэтому с карты я и начал. Я подцепил ее ногтем и вставил в свой хад. Пока девайс делал там свои проверки и крутил колесико загрузки, я наконец нашел время вскрыть пакет с едой и запустить в нее ложку.

Хад разбирался с картой долго и закончил почти одновременно с тем, как я отправил в рот последнюю ложку. Сменив колесико загрузки на галочку, он отрапортовал, что все готово и открыл папку с файлами.

Файлов было много. Что характерно, только два текстовых, а все остальные — картинки, причем даже без названий, просто называющиеся «Изображение 1», «Изображение 2» и так далее. А вот текстовые файлы названия имели. Первый назывался «Отчет об экспедиции», второй — «Неизвестный чит».

Поглядывая на «браслет» я решил с него и начать и открыл файл. Там было буквально несколько строк и вложенная в файл фотография, изображающая этот самый чит на изъеденном коррозией столе. Свет на фотографии явно не был естественным, а выставлялся специально.

Сухим протокольным языком в файле было сказано, что «на точке интереса» был обнаружен неизвестный доселе чит, который был бережно упакован в контейнер для дальнейших изучений. Никаких тестов с ним не проводилось, кроме стандартных замеров на различные излучения, но результаты получились околонулевыми.

После этого я открыл файл с отчетом об экспедиции и нисколько не удивился, увидев там точно такой же сухой протокольный язык. Пробежав файл буквально по диагонали, я узнал все, что меня интересовало. Группа шла на изучение и досмотр три дня как появившегося бункера времен еще корпорации «Кронос», который то ли генерация сделала недоступным, а потом — снова доступным, то ли просто про него все забыли. Почти все помещения бункера оказались недоступны по тем или иным причинам, но главная лаборатория не вошла в их число. И, хоть там и почти ничего не осталось целым, кое-какую информацию, а главное — бумаги с отчетами об исследованиях «Кроноса» группа оттуда вынесла.