Стоять и смотреть как моей девушке сзади протыкают печень, я, естественно, не стал. Врезал идиоту в голову, всё равно в ней мозга нет, переживёт. Поножовщина это уже серьёзно, такое прощать нельзя. Поэтому врезал от души, а парень я здоровый — шило и его обладателя перекинуло через боковой поручень, будто ветром сдуло. Вот только удар у меня не поставлен, голая сила без огранки. Вместе с чужой челюстью хрустнуло и что-то у меня в кулаке.

После бесславного поражения парни внезапно осознали степень своего падения. Долго извинялись, убеждали, что просто обознались. Ага, как же. Знаю я таких, обознавшихся. Как по рылу получат сразу становятся добрыми и законопослушными. В общем, они подобрали приятеля с шилом, который в сознание так и не пришёл, и вышли на следующей же станции.

А на следующее утро рука у меня опухла самую малость и неприятно ныла, а руки это мой главный рабочий инструмент. Вместо утренней пробежки я побежал в больницу. Рентген ничего не выявил, но доктор сказал, что при трещинах костей кисти так зачастую и бывает.

– Какая олимпийская сборная, молодой человек?
– всплеснул руками пожилой медик с профессорским выговором.
– При сомнениях в рентгенологическом диагнозе рекомендуется иммобилизация в гипсовой повязке даже, если рентгенограммы в норме. Можете отказаться, но раз вы спортсмен, сами понимаете чем чреваты нагрузки на треснувшую, а возможно даже поломанную кость. Чудес не бывает, либо сейчас гипс на две недели, либо потом на восемь.

Ну и ещё что-то рассказал о симптоматике,.. если наличествуют боли при пальпации,.. и других своих умных штуках. Потом вызвал сестру с санитаркой, и те намотали гипс, чтобы не шевелились мизинец и безымянный палец.

Через неделю команда уезжает на базу олимпийской подготовки, а на мне «белая рукавичка» по самый локоть. Тренер даже не ругался, помотал головой, закатил глаза и указал на дверь. В сборной на одно место претендуют сразу несколько человек, так что незаменимых нет. Ждать пока выздоровею и наберу форму олимпиада не будет.

– Сам виноват, - развёл руками тренер.
– Я же сто раз предупреждал не лезть в разборки. Да не расстраивайся, ты ещё молодой. Будут у тебя ещё призы и олимпиады. Приходи после выздоровления, изменим рабочий план тренировок.

Жизнь моя осталась такой же медовой, но привкус малины из неё исчез. Для начала вызвал ректор и, вежливо, но непреклонно разъяснил, что эту олимпиаду я уже профукал, до следующей ещё четыре года, а учиться мне осталось всего ничего. И раз я не прославляю имя университета на спортивном поприще, значит должен грызть гранит науки как все. За былые заслуги он меня оставляет на бесплатном. (На самом деле заслуги ни при чём. Это дядин друг декан вовремя подсуетился — поговорил с ректором.) Но контрольные, зачёты и дипломную работу — делай как остальные.

Только остальные всё это время учились, а я нет. Навёрстывать не вариант. Я, конечно, считаю себя дофига умным, но не настолько же. Остаётся, оплачивать «помощь» преподавателей согласно прейскуранту. На юридическом конфетами и шампанским не отделаешься, у всех жёсткая такса в баксах. Но где наша не пропадала? Мне доучиться осталось совсем чуть-чуть. Выкручусь как-нибудь.

Первым делом съехал с приличной квартиры и поселиться в скромной общаге. Дядину жилплощадь сдал господам с деньгами. И вроде платят прилично, да только «преподавательские услуги» обходятся почти в полтора раза дороже. А ведь ещё и жрать хочется время от времени, как назло.

Устроился в ночной клуб. С моими физическими данными это оказалось просто. Сначала, конечно, думал вышибалой, но травмоопасное это дело. Ещё есть надежда в следующей олимпиаде всё-таки поучаствовать, а для этого нужны руки без переломов. Впрочем, опыт легкоатлета и тут пригодился. Стриптиз он ведь требует не только красивого тела, но и красивых движений. Ну, а что? Не дворником же работать, да они столько и не зарабатывают.

Анюта как узнала смеялась наверное минут пять без остановки. Теперь ходит иногда на мои представления, то-есть танцы. Девушка она продвинутая, по глупостям не ревнует. Даже сама сунула как-то двадцатку баксов мне в стринги, шутница.

Но на питание всё равно не хватало и любимая предложила пойти ещё и в НИИ, где сама подрабатывает. Начальству очень срочно понадобился ещё один сотрудник. Я согласился не столько из-за денег, сколько из-за возможности чаще видеться.

Научно-Исследовательский Институт Криогенных Разработок.

НИИКР.

Почти что некрополь — обитель мёртвых. Странная и мутная контора. Инвестор у них зарубежный. Оборудование высший класс. Пытаются замораживать биологически виды, а потом размораживать, но так чтобы они остались живы. Пробуют на крысах, собаках и приматах. Вот за зверьками меня и поставили ухаживать. Работа не пыльная: у мартышек раз в день клетки почистить, собакам какие-то таблетки скормить, крысу придержать пока ей уколы сделают. Чепуха, а платят прилично. Все работники сплошь профессора и доценты, только мы с Эн два студента недоучки.

Скоро гипс сняли, кисть не беспокоила и я возобновил тренировки. Но на олимпиаду безнадёжно опоздал. Зато познакомился с массой умных профессоров. Проработал я в НИИ меньше месяца, но так и не понял зачем я там вообще нужен. Слоняюсь без дела четыре часа в день. Ещё и зарплату отдают каждую неделю, что само по себе подозрительно. Нужно сразу было заподозрить неладное, но все мы крепки задним умом.

Да и некогда особо задумываться. Подходит сдача сессии. Мотаюсь, закрываю хвосты. Дух перевести некогда. Сам не заметил, как со всем разобрался и резко наступили каникулы. Суета утихла, захотелось отдохнуть по человечески. Может съездить куда-нибудь.