– Цитопластические импланты могут повысить эффективность Ваших рабочих в десятки раз!
– сказал доктор Отровак.

– Наши рабочие прекрасно работают и без ваших имплатнов, - сказал Джерад. Хоть он и женился на женщине, которая носила именно такой имплант, но он никогда не понимал, для каких целей нужно было использовать Симиковскую псевдоплоть, кроме как в качестве замены утраченных конечностей. В этом смысл был. Но позволить другой гильдии облепить его людей лишь-бог-зомби-знает-какими штуковинами, было совсем другим делом, и он рассматривал это мероприятие, как совершенно ненужное.
– Мой ответ все еще, нет, - закончил он.

– Ладно, десять миллионов.

– Нет.

– Четырнадцать миллионов, и это последнее предложение, - сказал Симик.

– Вы глухой?
– спросил Джерад.
– Нет. И чем больше зино Вы предлагаете, тем меньше смысла во всей этой сделке. Все это Ваше предложение дурно пахнет, Отровак. Вы говорите, что желаете улучшить нашу эффективность. Вы хотите подарить нам эти ваши цитопласты, и при этом Вы предлагаете мне достаточно зино, чтобы купить свой собственный сектор Центра Равники

– Наши мотивы просты, - сказал доктор, - и я много раз объяснял их. Мы хотим завоевать рынок.

– Вы хотите, чтобы мы доверились и положились на Симиковскую биоинженерию, - парировал Джерад.
– Чего я не понимаю, и почему я снова с Вами встретился, это то, зачем это Вам нужно.

– Ну, как же, ради успешного бизнеса, конечно, - сказал доктор.

– Из Вас получился бы паршивый Оржов, доктор, - сказал Джерад.
– Даю Вам еще один шанс. Зачем?

– Эти пустые угрозы ни к чему, - сказал Симик, вставая с места.

– Мои угрозы не пустые, - сказал Джерад.
– Вы меня слышали.

– И Вы меня слышали, - сказал доктор Отровак.
– Я дал Вам свой ответ.

– Тогда, и я дал Вам свой, - ответил Девкарин.
– Теперь, убирайтесь из моего лабиринта.

Джерад даже не открыл доктору дверь. Он просто сидел за столом, наблюдая, как уходит ведалкен. Он зажал подбородок большим и указательным пальцами и обдумал эту встречу.

Что его действительно сбивало с толку, так это то, что Симик вел себя настолько прозрачно. За последние десять лет, их цитопласты были внедрены во многие промышленные отрасли. Оржов использовали их для оправдания повышения цен на рабов. Иззет высоко оценивали их функциональность. Другие использовали их во множестве различных областей, в том числе, незаконных. Биоманалогические импланты прикреплялись к ткани и срастались с любой частью тела, какую бы они не покрывали, способом, понятным лишь самим Симикам - бесформенные прозрачные сгустки, обволакивающие, скажем, руку, затем превращались в еще более функциональную руку.

По крайней мере, так ему объяснил Симик. И действительно, зомби, улучшенные ципопластическими имплантами, работали бы быстрее и эффективнее. Но Джерад не доверял всему этому, и особенно ему не нравилась мысль, что большая часть его гильдии будет каким-то образом изменена Симиками.

Некромантия это одно, а биоманалогический симбиоз, совсем другое.

Он оттолкнулся от стола и встал. Что ж, встреча не прошла впустую. Если Симик и сейчас не понял его позицию, он готов вышвыривать их снова, и снова. Если они не уймутся, он начнет насаживать головы ведалкенов на копья, у входа в Старый Рав.

Часть его желала, что бы они попробовали еще раз. Когда родился его сын, он поклялся жизнью Микзила, что он больше не причинит вреда никому, кто того не заслуживал, это была ближайшая интерпретация той клятвы о мирном поведении, которую для него составила Фонн. Их брачные клятвы, возможно, уже утратили силу, но ради Мика, эту клятву он соблюдал.

Он уже давно не находил кого-то, кто заслуживал бы смерти так же, как Отровак. Он лишь не мог толком понять, почему.

Доктор Отровак спешно покинул лабиринт Голгари, и, уже выйдя со своей небольшой свитой на улицы Старого Рава, дернул за воротник своей туники. Он расстегнул несколько пуговиц, и отодвинул одежду в сторону, обнажив свой собственный цитопластический имплант. Он был не второстепенным ведалкеном, как и не второстепенным Симиком. Он был уважаемым доктором, еще более уважаемым переговорщиком, и, если бы он был честным с Девкарином, он бы с ним согласился. Симиковское предложение действительно звучало бессмысленно. Отровак верил в то, что его господин знал, что делал, но столь слабая информированность сильно сбивала с толку.

Может быть, его господин сможет пролить немного света.

Когда он нанес цитоплазму на свою шею несколько месяцев назад, она была лишь своего рода бесформенной амебой, размером с его ладонь. Она мгновенно приросла к его бледной синей коже и приспособилась к базовым функциям, которые он от нее ожидал.

Поскольку Отровак был одним из личных послов Момир Вига, то эти функции также отвечали и ожиданиям создателя. Цитоплазма изменила свою форму, превратившись в глаз с безгубым ртом, под ним. Отровак опустил подбородок и тихо проговорил.
– Вы видели. Он не принял.