– Этот безвреден. Не трогайте его.

От моих стрел нападающие увернулись, и лысый вцепился мне в грудь мертвой хваткой. Его кожистые крылья сомкнулись за моей спиной. Вид у него был довольный. Он был уверен, что дело сделано. Никуда я не денусь. Я уперся левой рукой ему в грудь, не давая впиться зубами в горло, и выхватил нож. Но у противника в арсенале были четыре когтистые лапы против моего оружия. Я успел нанести только один режущий удар. Его острые когти вошли в мой кулак, сжимающий нож, и заставили его разжаться.

Я развернулся лицом к Нее. Рядом с ней зависла в воздухе Эн. К ним летел Брю. Я увидел, как Нея растянула лук, чтобы выстрелить в него, потом резко повернула оружие в мою сторону. Лысый был отличной мишенью. Стрела вошла ему в спину, вышла спереди и уперлась в мою кожаную куртку. Сила удара была рассчитана точно. Противник обмяк и свалился с меня, как мешок.

В это же время я почувствовал, что меня валят с ног. На моей спине, судя по всему, сидел Чен. Я его не видел, но во время падения заметил, как Брю валит на землю Нею.

«Они все-таки добрались до нас», – пронеслось у меня в голове. Одно движение острого когтя по горлу решит исход схватки. Расправившись с нами, они легко одолеют подростков.

Но я недооценил ребят.

Неожиданно острые когти ослабили хватку, и противник оторвался от меня. Я вскочил на ноги и увидел, что на спине Чена сидит Пан и делает удушающий захват. У меня было несколько мгновений оценить ситуацию. Я повернулся к Нее и увидел, как Эн проводит тот же прием на спине Брю. «О, святые эльфы! – пронеслось у меня в голове. – Не зря мы им рассказывали и показывали, как ловят и приручают диких драконов».

Захват был выполнен идеально чисто. Противники были опрокинуты. Лежа на спине, подростки передними лапами сжимали им шеи, не давая пустить в ход зубы и огонь, а задними удерживали крылья, не позволяя тому взлететь или воспользоваться когтями на концах крыльев. Те беспомощно дергали лапами.

Нея поднялась, достала из колчана стрелу и ткнула в бедро Брю. Я сделал то же самое с Ченом. Они обмякли и затихли. Толпа на нашей стороне ликовала. На стороне противника радости не наблюдалось, но даже там слышался одиночный одобрительный свист. Победа была чистой.

Стая еще не догадывалась, что победа была еще и без жертв. Наконечники стрел были смочены вываренным соком одной из местных лиан. Это не магия, но действует не хуже. «Почти на всякое заклинание эльфов у лопоухов есть природное средство», – вспомнил я слова старого лопоуха Такку. Наши противники проспят сутки, а когда проснутся, в стае уже будет торжествовать закон.

Старейшины поднялись на камень. Все кругом стихло.

– Вождем стаи будет Эн, дочь Рея. Мы клянемся соблюдать законы и присягаем на верность новому вождю.

За старейшинами потянулась свита и все остальная стая. Каждого Эн касалась крылом и говорила:

– Клянусь соблюдать закон и заботиться о каждом.

Мы стояли рядом. Пан – на почтительном удалении. Он теперь был членом свиты. Впрочем, и мы с Неей тоже. Эн иногда пристально смотрела на нас. В ее зеленых глазах с вертикальными щелочками зрачков мы читали благодарность и любовь.

Ночь мы провели вместе со стаей. Жгли костры и рассказывали молодежи сказки. На этот раз без переводчика. Правда, дети иногда хихикали не к месту. Возможно, из-за нашего произношения. Не так-то просто говорить на языке кошачьих: сплошные свист и шипение. Иногда спутаешь и свистнешь вместо шипящего или зашипишь вместо свистящего звука. Смысл слов при этом, конечно, менялся. Дети так и покатывались от смеха.

Утром стая собралась лететь дальше на юг. Эн сидела на камне. Мы были рядом. Пан молча сидел неподалеку. Она не отпускала нас ни на шаг.

– Мне будет трудно без вас, – Эн положила крыло на плечо Неи. – Я люблю вас. Вы моя семья. Но теперь вся стая моя семья. Я должна думать о них: о сильных и слабых, добрых и злых, взрослых и детях. Я вернусь. Ждите меня.

Это была речь юной королевы, принявшей власть и ответственность. Эн замолчала, но мы чувствовали, как ей тяжело. Потом она громко свистнула и взлетела. Свита присоединилась к ней. Пан тоже прощально свистнул нам. Нея помахала ему рукой. Эн пошла по широкой спирали все выше и выше, увлекая за собой стаю.

Мы с Неей и Хью еще долго стояли на камне, наблюдая, как тает на юге серая драконья туча.

– Она справится. У нее есть воля и сердце, – негромко сказал старый дракон.

На юг

Полгода пролетели незаметно. Наступил день весеннего равноденствия. Затем прошло еще несколько дней. Каждый вечер мы поднимались на вершину и вглядывались вдаль в надежде увидеть приближение стаи. Но кошачьих все не было. Мы беспокоились, не понимая, что могло задержать драконов в пути. Каждый раз, ложась спать, я слышал, как тяжело вздыхает и ворочается на своем месте Хью. Он сдавал. Все реже поднимался в воздух. Этот прилет мог быть для него последней возможностью повидать близких. Я засыпал с тяжелым чувством, но Нея не унывала.