Петрович получил четкий приказ — оборудовать полноценное укрепление. Община всерьез собиралась протянуть руку помощи новичкам, приходящим со стороны пригородов Мертвой Столицы. Но главная цель, надежно контролировать обстановку у «Тамариной плиты». Нам же хотелось пережить сегодняшний день, поэтому крепили оборону, ворочая каменюки во влажной духоте. Мне пришлось таскать наравне с подчиненными, а приобретенные особенности моего организма Здоровяк, Выносливый и навык Грузчика очень помогали в тяжелом труде.

Под руководством Петровича прикрыли тылы линией рогаток и продолжили возводить баррикаду. Теперь, если Аврорин аванпост снесут супостаты, атаковать нас с пологой стороны будет намного сложнее. Пока я занимался артефактами, стены по периметру росли медленно. Все крупные камни на скате собрали еще вчера, пришлось расчищать идущую мимо холмов тропинку, поднимая тяжелые мокрые булыжники вверх по круче на скалу.

Рабочих нам сегодня не дали. Все свободные руки активно черпали долгожданную водицу. Зато командование дополнительно выделило Петровичу троих средненьких бойцов. Желанием работать они не горели, зато не прочь были в процессе «перекуров» рассказывать про свое участие в боях и походах. Тем самым, отвлекая остальных и растягивая «перекуры» до бесконечности. Приходилось одергивать, возвращая их в рабочий режим. Хорошо, что ветеранистые лентяи признавали мое право командовать собой.

Первые стычки не заставили себя ждать — на Эрика вышла стая гончих из трех голов. Отбились без потерь. Одиночная нежить время от времени бросалась на наши посты в центре боевых порядков, у Каменного стража. У нас же продолжалось затишье. Вплоть до того, что все живое в округе попряталось.

В обед дождь резко выключили. Тяжелые тучи снесло ветром к Новой башне и некоторое время брызгало там. Над нами выглянуло солнце и принялось испарять обильные осадки. Окружающий мир превратился в парную и фортификационные работы замерли. Отправил большую часть отряда на отдых под навес, чтобы не допустить теплового удара. Здесь с этим не шутят.

Сегодня мы не повторили вчерашнюю ошибку и на походном костре булькали два котелка с кашей. Готовил Михаил, а Маша помогала. Ираида же никакой склонности к приготовлению пищи, не проявила. Но ее взял в отряд не для готовки еды. На высотке у Эрика тоже курился костерок, а аврорины продолжали стойко сидеть в сухомятку.

Как и вчера Баталер записывал на сферы моего производства боевые навыки и с фирменными подколками вручал личному составу. Песок в счет вчерашней добычи ребята оставляли себе. Пополнение тоже захотело халявной учебы, но было грубо раскритиковано нашим одноногим главнокомандующим. За свою лень и наглость. Зато мне командир благоволил — без подколок позволил изучить устройство монокуляра. Ничего необычного, толстое прозрачное стекло в латунной оправе с ручкой. Расходуя крохи маны из емкого накопителя, артефакт усиливал Острый взгляд. Не владевших этим навыком, в теории, он мог бы им осчастливить, только времени потребуется масса. Проще уж через бусину или уроки. Но штука, безусловно, полезная.

Маги-погодники вернулись к своим обязанностям, согнали тучи обратно компактным стадом, но дело у них не очень-то ладилось. Затянутое облаками небо неохотно расставалось с водой. Брызгал слепой дождик, который тут же уходил в песок, не наполняя ручьев как прежде. Но, может, так и было задумано — капельный полив реликтовых сосен и ценных горных трав? Две сотни человек за несколько часов вычерпали рукотворное озерцо до дна. И после обеда сорколины продолжили таскать под купол жидкий ил. На пустых участках уже были заготовлены ямы для посадки финиковых пальм. И вся грязь, стекшая с холмов, послужит удобрением для саженцев.

Время моего дозора заканчивалось. Уже довольно долго мою хозяйственность раздражали два близких пятна магического песка и в голову пришла мысль отпроситься у Петровича. Но опытный командир наложил категорический запрет:

— Стычки по всей линии идут, а у нас тишина. Как мыслишь, почему? — задал он риторический вопрос, — В общем, сидим в камнях и ждем «Героя»!

Ветеран оказался прав. Сначала нежить проверила на прочность Аврору. Из поросшей сосняком и бурьяном низинки выбралась разрозненная толпа в дюжину скелетов и бестолково, в лоб атаковала форпост. Баталер немедленно отправил на подмогу троицу приданных балбесов и просигналил Эрику, чтобы тот выслал к нам двоих сорколинов.

Я раздал Владу и Маше по запасному накопителю, проверил дротики и корзину с метательными камнями. Почти сразу последовал накат на нас.

— Три… пять… десять — считал вслух противников Михаил. Парни, Ираида, сорколины выстроились со щитами и копьями за баррикадой.

Звероголовый бес погнал в атаку дюжину упырей и одержимых компактной группой. Нежить бодро взобралась на холм, потеряв первый ряд от заклинаний Петровича и моих булыжников. Подпустив врага поближе, в быстром темпе отправил в толпу пяток камней без магического сопровождения. Ни один не промазал, но только два черепа разлетелись на куски. Петрович же старательно выбивал самых лютых, способных обдать сильной волной страха.

Враг не позволил своим марионеткам разбрестись, и тупые мертвяки со всей дури уперлась в ряды кольев и копья бойцов, загоняя деревянные острия в свои тела. Заработали копья, пошли в ход формулы «Покойся с миром!». Бес-предводитель посчитал себя умнее всех. Сначала отстал, дожидаясь первых результатов атаки. Быстро осознав, что сейчас его марионеток перебьют, подбежал к нашей баррикаде, раскручивая на веревке над гривастой башкой черный череп, исходящий флюидами скверны.

Сюрприз, щенок! Бес раззявил волчью пасть в бессильной злобе, когда отбитый телекинезом снаряд резко изменил траекторию. Вместо нашего строя череп покатился далеко в стороне по камням, раскидывая искры и клочки черного дыма без всякого вреда для людей.