— Их волнует не отсутствие защиты у поданных, а нехватка ресурсов для дальнейшего развития. Нужно больше плодородной земли под куполами, а для расширения, в первую очередь, требуются магический песок и камнесталь.

Рассказал торговцу про Тамару из Зеленой Долины и про дар ее госпожи нашей общине в подробностях.

— Егорыч, наш мэр уже ноги стер до жопы и язык до мозолей. Готовимся к официальному визиту и стройке века. Будут строить времянки на двадцать человек. Второй корпус общего дома надо завершать и сразу третий строить. Под сотню рыл обещают прислать за пару месяцев. Считай еще столько же у нас набегает самотеком и это только в центральной башне…

— Охренеть из дома пишут… Значит, все эти разговоры про государство людей не просто разговоры!

Государственные амбиции Совета выглядели вполне реально.

— Совет хочет, чтобы через два месяца в Оазисе стало больше тысячи душ. И сотни три сорколинов с аборигенами. А лучше все пять, чтобы как-то прокормить такую ораву.

Действительно, подобный рост населения гарантирует практически не насыщаемый спрос на магические предметы.

Попросил торговца на время «спецоперации» принять на хранение песок, артефакты и деньги. В кошельке набралось девятнадцать серебряных монеток, примерно равных по весу украшениям пояса покойной жрицы. Броню, что мне необходима, за эти деньги не купишь, а песок следует приберечь для работы. Неплохой старт, чтобы начать копить материал для собственной башни.

Сегодняшнюю добычу поделил на участников и превратил в мелкие накопители. Завтра Баталер запишет на них боевые навыки, а после обучения песок ребята оставят себе. Так будет правильно.

Пользуясь накопленным опытом, в режиме Концентрации тщательно изучил материал и энергетическую структуру «Хламиды Жреца». Увидел возможности оптимизировать артефакт, немного снизив расход энергии и соответственно, перекачку от носителя. Сам накопитель представлял собой превосходный образец грубой работы. Игнатьев определил его создателем мага Ордена Возрождения, не слишком искусного блюстителя дедовских традиций и правил. Саму сферу доработали совместно с Игнатьевым, по очереди. Наблюдать за приемами более опытного мага — крайне полезно и для навыков, и для общего развития.

Немедленно приступить к созданию амулетов мне не дали. Едва подготовил материалы и инструменты, морально настроился, как у дверей во двор образовалась шумная толпа. Бойца, отправленного в общагу предупредить остальных, что я заночую у Игнатьева, попытались банально ограбить на улице. Двое пришлых заблокировали его в закутке, сорвали с шеи зачарованную медяшку, и принялись срезать с накидки бамбуковые пластинки. Сорколин впал в ступор — преступление совершали люди, свои! Жесткие установки в голове не позволили полноценно обороняться от охреневших «господ». Ситуацию спас патруль, услышавший подозрительную возню и задержавший парочку грабителей и моего подопечного. На шум из общаги выскочили мои соратники, вникли в ситуацию и всей толпой отправились за мной к дому торговца.

Сорколин не мог соперничать с новобранцами Новой башни, громко доказывающими свою невиновность. Два горластых урода сначала отпирались, заявив, что амулет их собственный, а пластинки, да, «бес попутал начальник», хотели срезать. Потому как им нужнее.

— Ты думаешь, я собственную работу не узнаю? Таких во всем Оазисе по пальцам пересчитать, — показал начальнику патруля видимые внешние отличия бронзового оберега. Мужик попался сообразительный, к тому же магическим зрением владел хорошо. Смог отличить новодел от виденных ранее стандартных изделий.

Придурки мгновенно переобулись в поборников справедливости:

— Почему у этого раба амулет есть, а нам не выдали? — выкрикнул заводила.

— Охереть логика! — незамутненность сознания меня задела до глубины души, — Вот нам надо нужник бесплатно почистить, а у тебя и руки есть, и говно к говну не липнет. Ты же создан для этой работы!

— А что? Отличная идея! — согласился патрульный, поржав вместе с остальными.

— Вы че, это не по понятиям! — вякнул второй грабитель.

Я не стал слушать дальше, вернул Бойцу его пластину, предупредил соратников, что заночую у Игнатьева. Патрулю объявил:

— Именно сейчас работаю с амулетами. А эти придурки меня отвлекают.

Стражники пообещали, что двоим негодяям теперь в поселок хода не будет, их сопроводят к руководству. Где их, возможно, даже пожурят. За то, что попались. Это если засранцы действовали не по наводке Бобовича, а по собственной инициативе.

Неприятности на этом не исчерпались. Маша сообщила, что пока мы защищали Оазис, в наших вещах покопались двуногие шакалы. Пропала часть и без того небогатых пожитков. А комендант самоустранился, мол, «ваше добро вы и разбирайтесь». Это ж надо такой удачный денек испортить? Сразу два жирных минуса в карму местного человечества за вечер.

Ни один из прожитых в общине Трех Башен дней нельзя назвать рутинным и пустым, но этот оказался крайне плотно насыщен событиями. Настолько, что начался он ночью с проливного дождя. Падающая сверху вода оказалась полной неожиданностью. Так что спросонья заподозрил чью-то злую шутку. Но нет, в мягком свете магического щита к спящему поселку тянулись многочисленные длинные струйки воды. Бились о тростниковый навес и стекали на меня, Бойца, спящих слуг, листья хлебных лиан и мощеный камнями двор. Дождь шел снаружи, а силовое поле, подчиняясь настройкам или дежурному мастеру башни, образовало крошечные отверстия для воды. Столь необходимой нашему оазису. Да и сам поселок давно следовало освежить.