Искандер вручил два оберега моего производства новичкам, показавшим себя вчера лучше остальных. Напутствовал биться храбро, героям обещал достойные награды, раненым лечение и поддержку. В качестве подтверждения Сергей и Алия выдали командирам групп еще по две бутылки «Живой воды». Напомнили, что тара подотчетная и подлежит возврату.

Вчера с Петровичем отметили уязвимость наших позиций с тыла, и я не поленился перед выходом раздобыть еще рогаток и кольев. Правда, готовые секции пришлось выжуливать у хитрожопого бригадира. Тот заявил, что рогатки зарезервированы для других направлений на случай прорыва купола. Мол, колья, берите, сколько унесете, а готовые антимертвячьи заграждения ждут особого распоряжения. Упавшая на широкую ладонь мелкая бусина с навыком Собирателя маны пробудила в нем трудовой энтузиазм:

— Добро. Берите две штуки. Мы еще сделаем!

Защитный купол башни стал мощнее, а его радиус увеличился примерно на двадцать метров. Прежнюю границу выдавала раскисшая полоса земли со следами ручьев и лужами. Здесь дождевая вода в изобилии стекала с купола ночью. Оседавшая валиком у подножия щита пыль превратилась в жадно липнущую к обуви грязь.

За пределами купола внезапно наступила ранняя осень: сырая и прохладная. В низинах и под деревьями клубился туман. Солнечные лучи едва пробивались сквозь затянутое серыми облаками небо.

Совсем недавно район будущих действий зачистили бойцы-профи. Пепельные кляксы размыло накрапывающим дождиком, но мне и не требовалось видеть следы уничтоженной нежити. Эфирное поле сообщало даже более полную информацию, например о наличии магического песка, который не мешало бы подобрать. Но это позже. Сейчас мальчишам нужно срочно занять позиции, «день простоять, да другой продержаться». Наше счастье, что ночь можно провести под надежной защитой магического барьера. Боевые отряды веером уходили дальше в пустоши — перехватывать диких тварей и одиночную нежить, сбегающуюся на запах огромной толпы живых людей. А наша задача — удерживать опорники на высотах, об которые будет биться сильный и страшный враг.

Вслед за ушедшими воинами к валоканаве поспешили практически все свободные руки поселка. С собой они тащили двухколесные телеги, нагруженные деревянными ведрами, бочонками и большими кувшинами. К предстоящему авралу хозяйственники подготовились не менее тщательно, чем силовики.

Сейчас глубокий ров примерно до половины заполняла мутная вода, которая продолжала стекать вниз по системе канавок и стихийных ручейков, прочертивших сырые склоны на сотни метров.

Прибывающая толпа орала, мокла, суетилась, сталкивалась, роняла ведра в грязь, безбожно тупила, но постепенно пришла в относительное подобие порядка. На краю рва разместилась дюжина крепких мужиков, вооруженных черпаками — коленами бамбука на длинных палках. От них протянулась живая цепочка, передающая полные ведра и кувшины к каменной цистерне. Подошли на заправку двухколесные тележки и телеги, запряженные големами. К битве за воду спешили присоединится буквально все жители поселка, включая обеспеченных господ. И вода пошла!

Глядя на плещущуюся во рву грязную жидкость, Маша брезгливо посетовала, что не хочет это не то, что пить, а даже мыться этим. Ее можно понять — на склонах ближайших холмов за истекший месяц патрульные упокоили целую армию нежити. И теперь бурные ручьи смывали в ров останки и всякое дерьмо.

— А тебе не придется ее пить, — успокоил девушку, — Она пойдет для полива растений. С помощью конденсатора башня собирает влагу из воздуха в огромную цистерну под землей. А уже из нее наполняют резервуары в поселке. Вот ее мы и пьем.

Задержались у ловчей ямы — вчерашний покойник восстал упырем. И теперь, со спутанными мокрой набедренной повязкой ногами, стоял по колено в грязной вонючей луже, буравя черными глазами серое небо. Предложил Маше показать, чему она научилась. Заклинание сработало с третьей попытки и нежить рассыпалась пеплом и осколками костей. Собрать магический песок в такой ситуации было нереально. Вот и ответ, откуда на дне ловчих ям якобы забытый «сахарок».

В защитный купол с раскатистым грохотом удалила ветвистая молния. Так близко, что поневоле екнуло сердце.

— Не ссать! Купол принимает удар на себя! — крикнул отряду Баталер, — Продолжаем движение!

В небе над нашими головами творилось нечто небывалое. Тяжелые свинцовые тучи собрались компактной группой над куполом и холмами. Над местом ритуала они сталкивались и закручивались в плачущий хоровод. На землю равномерно извергался компактный поток воды диаметром примерно в километр. Периодически в защитный купол центральной башни били молнии, расходясь громовыми раскатами далеко вокруг.

В воздухе висела морось, пахло мокрым камнем, сосновыми иголками и озоном. Периодически нас тоже накрывало непродолжительным мощным ливнем, но каменистая почва, казалось, способна впитать океан. Чего не скажешь о наших одеждах…

В первой половине дня наблюдателями попеременно трудились Маша и Баталер. Девушка напрягала свежеприобретенный Острый взгляд, с переменным успехом подпитывая навык маной. Горизонт был чист и умиротворен. Даже не верилось, что мы на удалении полутора километров от защитного купола. Дюжина разумных в нашем лице просто обязана привлечь толпу нежити.

Опробованный вчера режим работы с амулетами мне зашел. Сразу, как заняли позиции, создал усиленную медную пластину для Ираиды. Ибо не следует моим людям использовать дефективную казенщину от Бобовича. Принесенные с собой материалы превратил в две заготовки и сменил сферу деятельности — взялся за фортификацию.