— Как скажешь, доверюсь твоему чутью, — согласился вдруг Майлз. — Возьмём с собой самых лучших ребят, но и на другие два направления тоже отправим отряды, проверим их на всякий случай.

Домой я вернулся поздно. Ужин давно остыл, но есть не хотелось. Зловещая пустота в особняке давила, я долго не мог уснуть, ворочаясь в холодной постели. Смешанные чувства одолевали меня: я то вспоминал сладкое и податливое тело любимой, как она прошлой ночью жарко приняла меня в себя, то видел её злое личико, когда застукала меня в объятиях Ванессы, то глядел в голубые глаза Аманды под чёрной маской, когда впервые увидел девушку в увеселительном заведении. Только усилием воли заставил себя расслабиться и уснуть. Завтра грядёт непростой день, мне нужен мало-мальский отдых.

Аманда ди Амос

Ночь растекалась по серым полуразрушенным сводам храма тягучей массой, и только тусклые магические фонари освещали мрачное помещение. Полная луна сочилась серебром через дыры в крыше, снег искрился в лучах светила, тихо падая вниз. Холод пробирал до костей, сковывая тело.

Я огляделась: двенадцать детей стояли вокруг круглого каменного постамента, чёрного от жертвенной крови. Холодный пот прошиб меня — здесь мне предстоит умереть. Маленькие полукровки, грязные, в оборванной одежде, смирно стояли, глядя на алтарь. Глаза их застилала голубая пелена транса — они находились под заклятьем послушания. У дальней стены, за алтарём, возвышалась огромная груда чёрных камней. Пол в храме очистили от завалов снега, но мои ноги мёрзли в одних кожаных туфлях.

— Аманда, ты готова отдать добровольно свою жизнь жениху? — эхом прокатился по сводам суровый голос преосвященства. Он стоял позади меня, и я кожей ощущала его тяжёлый взгляд, но не могла обернуться — страх и холод сковали меня.

— Готова, — еле дыша, произнесла я.

— Иди, невеста Атмара! Он ждёт тебя! — торжественно пробасил глава братства. — Вот и свидетели вашего союза!

Краем глаза я увидела Калеба и других братьев в чёрных мантиях. Они по очереди вошли в храм, неся факелы с магическим огнём и становясь полукругом.

Почему ритуал назвали брачным союзом, я не понимала. Калеб рассказал, что так надо, и приказал надеть белое платье. В нём я и стояла перед алтарём, дрожа всем телом, даже магия ирбиса не помогала согреться.

— Иди же! — недовольно повторил преосвященство.

Я шагнула на трясущихся ногах, направляясь к жуткому алтарю…

Вздрогнув, я проснулась. Сердце бешено колотилось в груди. Это сон, всего лишь вещий сон. Всё происходящее ощущалось реальным: и холод, и страх, и скрип снега под ногами.

После ухода Калеба я долго раздумывала, что мне делать. Если откажусь быть добровольной жертвой, меня и Иви не выпустят отсюда и убьют. Не факт, что спасательный отряд успеет: пока обнаружат нас, пока дойдут. Тем более они думают, что у них в запасе два дня, а на самом деле меньше суток. Мне необходимо всё взвесить и решить.

— Проснулась? — тут же нарисовался Калеб, стоя за решёткой, и довольно ухмыльнулся. — Выспалась?

— Пошёл к демонам, —прошипела я, садясь на пол. — Мог бы мне и матрац нормальный организовать. Как тут выспишься на камнях?!

— Что решила? — пристальный взгляд его мерзких глаз был направлен на меня; мужчина не обращал внимания на гневные претензии. — Преосвященство ждёт твоей добровольной жертвы.

— Ты дашь мне клятву на крови, что Иви выйдет отсюда живой и здоровой, — процедила я, сжав челюсти. — Только в этом случае я соглашусь.

Гад нахмурился, задумчиво потирая пальцами подбородок.

— Хорошо, я дам такую клятву, могу прямо сейчас, — кивнул он. — Я правда не желаю девочке зла. Просто мне нужно твоё добровольное согласие. Ничего личного.

— И ещё. Приведи Иви сюда, я хочу удостовериться, что с ней всё в порядке, и провести последние часы своей жизни рядом с девочкой, — осмелела я, требуя.

— Ладно, приведу, — закатал рукав мужчина, выпуская острые когти из пальцев, и провёл по запястью когтём, царапая кожу. Бурая кровь потекла вниз. Он протянул руку через решётку. — Подойди, я произнесу клятву.

Сглотнув ком в горле, я встала и приблизилась к металлическим прутьям. Калеб поймал мою ладонь и начертил на ней кровью круг.

— Я даю кровавую клятву Аманде ди Амос, что её подопечная Иви выйдет отсюда живой и невредимой, — сосредоточился Калеб на словах, прикрыв глаза. — Если я нарушу клятву, тотчас умру. Слово моё крепко и нерушимо.

Кровь мгновенно почернела на моей ладони и сизым дымом испарилась, что означало: клятва дана, и печать её осталась на ауре Калеба.

— Довольна? — мрачно спросил мужчина. — Между прочим, это серьёзное заклятье, такими не разбрасываются просто так.

— Хорошо, я верю тебе. Не дурак же ты рисковать собственной жизнью, — мне стало немного спокойнее. — А теперь я хочу видеть Иви, приведи её ко мне.