Стоило мне оказаться в салоне рядом с Хелен, как тут же в машину влетел мужчина в чёрном, усевшись рядом.

— Трогай! — гаркнул он водителю. Завизжали колёса, и машина рванула прочь.

— Что вы делаете? — ахнула я, узнав мужчину. — Мистер ди Дьюиш!

— Доброго дня, милая Аманда, — злорадно улыбнулся Калеб. — Рад вас видеть, — он демонстративно снял кожаные перчатки. На его руке блеснуло золотое кольцо, которое я тотчас узнала, и внутри всё похолодело от ужаса. Клыкастая пасть — знак братства Атмара.

— Хелен! — дёрнулась я к гувернантке. — Открывай дверь! Прыгай!

— Зачем? — оскалилась она, спокойно растянув губы. — Мы пришли за вами, Аманда.

И тут до меня дошло, что я попала в ловушку.

Жёсткая рука обхватила меня сзади за плечи, а другая зажала рот, суя под нос ужасно вонючую тряпку. Я замотала головой, задыхаясь от едкого запаха, но меня крепко держали руки Дьюиша. В голове моментально зашумело и залетали белые мушки. Последнее, о чём я подумала, прежде чем отключиться, — что не сдержала обещания, данного Харви, и вышла из дома.

Тяжёлый влажный воздух наполнял лёгкие. Я с трудом дышала, голова гудела, а во рту ужасно пересохло. Разлепив свинцовые веки, я долго не могла понять, что произошло и где нахожусь. Низкий каменный свод из горной породы, прогнившие деревянные балки надо мной. Тусклый свет магического светильника еле освещал помещение. Я лежала на жёсткой подстилке, которая почти не смягчала острые камни под спиной. Простонав, попыталась встать, но голова тут же закружилась, и я рухнула назад.

— Калеб, она очнулась, — раздался рядом равнодушный голос.

— Рад, Аманда, очень рад, что ты пришла в себя, — и знакомое мерзкое лицо нагнулось надо мной. — Как себя чувствуешь? Пить, наверное, хочешь? После сонного зелья обычное дело.

В голове всплыли картины, как Дьюиш хватает меня за плечи и тычет в рот какую-то вонючую тряпку.

Я ухватилась за его рукав и яростно прошипела:

— Если с Иви что-нибудь случится, я тебя из-под земли достану.

— Ох, какие мы грозные и клыкастые! — усмехнулся гад, видя, как я пытаюсь войти в трансформацию. — Да только не получится, госпожа ясновидящая. На тебе блокирующие браслеты.

Я тряхнула руками и ощутила тонкие кольца вокруг запястий.

— Ты думала, мы дилетанты? — оскалился он, вырываясь из моих рук, и гордо расправил плечи. — Эх, Аманда! Братство существует не одно столетие, его не смогли уничтожить ни святая инквизиция, ни облавы полиции, ни просто время. Мы вечны, так как преданы своему богу и любим его искренне.

— Вы продали свои души демонам! — воскликнула я горячо, пытаясь снять ненавистные браслеты. — Боги не допустят, чтобы вы воскресили Атмара!

— Не стоит так кипятиться, — спокойно ответил он, ухмыльнувшись. — Побереги силы, они тебе ещё понадобятся.

— Зачем вы похитили меня? — сжала я челюсти. — Могли бы просто убить! И всё, мой дар вам больше не помеха!

Калеб вздёрнул подбородок и шумно вздохнул.

— Видишь ли, Аманда, нашего бога невозможно воскресить, только принеся в жертву детей-полукровок, — направил он колкий взгляд на меня. — Нам нужен твой божественный дар ясновидящей, чтобы отдать его магии ритуала. Атмара заточили демиурги, которых сейчас неизвестно в каких мирах носит. А без божественной силы, хотя бы её малой искорки, ритуал не сработает. Понимаешь? В тебе проснулся дар. Кто-то из богов отдал тебе свою частичку. Именно она нам и нужна.

— Вы убьёте меня? — уже знала я ответ, от которого леденело сердце.

— Принесём в жертву, точнее, — растянул он рот в мерзкую улыбку.

— Отпустите Иви! — процедила я. — Неужели вам нужно столько детей для жертвы?

— Ты права, так много детей нам не надо. Конечно, отпустим, если ты согласишься взойти на жертвенный алтарь добровольно, — ухмылялся гад. — Даю слово. Она будет жить, а ты ради неё отдашь божественную искру. Добровольная жертва — одно из главных условий ритуала. Если заартачишься, то твоя подопечная умрёт в долгих и непереносимых муках.

— Говоришь, даёшь слово! Как тебе верить? Ты и глазом не моргнёшь — обманешь меня, — я еле сдерживалась, чтобы не впасть в отчаяние.

— У тебя нет выбора, — пожал он плечами, — либо вы обе умрёте, либо только ты. Третьего не дано.

— Сволочь! — плюнула я в него, но не достала.

— Соглашусь с тобой, — хохотнул гад. — Знаешь, почему на самом деле Харви ненавидит меня?

Он выдержал паузу, но я молчала.

— Потому что я давным-давно отбил у него девушку, которую он любил, причём искренне и нежно. Первая любовь и всё такое, понимаешь, — прищурился он, ожидая моей реакции, но я сидела невозмутимо. — Я сделал её своей содержанкой, любовницей, а она была не против. Вот Харви и не может мне простить того, что я нарушил его романтические планы. Он ведь хотел на ней жениться. С тех пор не доверяет женщинам. Вот и на тебе кузен женился из расчёта заграбастать наследство Даррена. Ведь так?