А когда добыча кавиалов закончилась, он унес результат промысла, оставив пленников дальше массировать живых утилизаторов.

— И долго нам тут торчать? — спросил Никаниэль, разглядывая собственные руки. Похоже слизь кавиалитов содержала какое-то вещество, разъедавшее кожу. Пальцы выглядели полупрозрачными, и местами даже сочилась кровь. Хотя особой боли, как таковой, не ощущалось. Или просто она была слабее, чем во всем остальном теле.

— Пока мох на стенах не начнет гаснуть. — равнодушно ответил Селентор. — Потом покормят, и можно спать. А пальцы за пару дней заживут. — отметил он, проследив за взглядом Ника. — У них тут вода целебная, или типа того.

— И что, каждый день так? — осведомился принц, кивнув головой, на копошащихся личинок. К запаху он уже практически принюхался, хоть порой тот еще заставлял глаза слезиться.

— Гладить каждый день. — подтвердил эльф. — А срут пореже. Вам сегодня повезло.

Сомнительное везение. Но да Лаод бы с ним. Нужно выяснить как из этой клоаки выбираться.

Внезапно со стороны ворот послышался сильный глухой удар. Как будто в нее с разбегу врезался баран размером с лавку торговца. Запоры, натужно скрипнув, выдержали, а вот Селентор даже не вздрогнул.

— Что это было? — поинтересовался Никаниэль.

— Это? Ах э-это. Говорят в нижних туннелях Дварфгона живут какие-то страшные твари. Никто их не видел, а кто видел уже не расскажет. Но они до нас не доберутся, можете не беспокоиться. А другой проход патрулируют солдаты. Да и поспокойнее там.

Страшные твари? Другой проход? Это может пригодиться…

Следующие пару дней Никаниэль восстанавливал силы и собирал информацию. Не то чтобы местная жратва способствовала какому-либо отдыху (кормили их лишь немногим лучше, чем кавиалитов), но правильные упражнения позволили быстро вернуть тонус мышцам.

По словам Селентора, выходило, что в ближайшее время должна была прибыть группа дварфов, чтобы забрать добытые кристаллы. И лучше всего устраивать побег до этого времени. Наверняка наверху еще не все знали, что пленников стало двое, а значит, помогая друг-другу, они получали мизерное, но все-таки преимущество.

В их положении нельзя было пренебрегать ничем.

— Тише, Ник. — шептал Селентор, ведя за собой принца. — Дуг сегодня пьет. Если проскочим мимо него, сможем выбраться в туннели. А там уж как повезет. Да поможет нам Минэма.

Хромой эльф шел впереди, освещая себе путь крохотным осколком кавиала. Этой искорки едва хватало, чтобы видеть собственный нос, но Селентор за годы проведенные в утилизаторе научился обходиться практически без света. Сейчас это играло беглецам на руку.

Как успел понять Никаниэль, Дуг — тот самый надсмотрщик — сторожил рабов спустя рукава. Он небезосновательно считал, что идти им некуда. Вокруг километры туннелей, кишащих тварями и патрулями дварфов. А тут безопасно и какая-никакая пища. Жить можно.

Поэтому по вечерам, когда мох тускнел, Дуг запирался в своем высеченном в скале домике и основательно прикладывался к бездонной фляжке. После чего храпел на всю пещеру, тем самым, возможно, отпугивая подземных чудищ.

Вот и теперь пространство оглашали такие рулады, что в пору поверить в существование сказочных драконов.

Бесшумно ступая босыми ногами по голому камню, эльфы крались вдоль стены, постепенно забираясь все выше. Селентор уверенно хромал впереди, Ник же старался не отставать и не шуметь, ориентируясь скорее на чутье, чем на зрение.

Добравшись практически до самого верха, беглецы замерли у дома надсмотрщика. Изнутри доносился поистине королевский рык. Дуг определенно крепко спал.

Селентор приложил палец к губам и попытался осторожно толкнуть дверь. Заперта. Тогда он подошел к Никаниэлю, явно намереваясь сказать тому что-то на ухо, но вместо этого внезапно ударил принца в грудь и заорал благим матом:

— Побег! Побег! Работник хочет сбежать! Быстрее! Побег!

Ник хотел броситься к предателю и заткнуть ему рот, но оказалось слишком поздно. Тот уже спрятался за спину вышедшего наружу Дуга. Дварф выглядел крайне разозленным, а свет его фонаря полуденным солнцем мгновенно ослепил принца.

— Какого кфхана, задави вас валун, тут происходит? — рявкнул надсмотрщик.

— Он, это все он! — залепетал Селентор раболепным тоном. — Хотел сбежать. Я его отговаривал, но он заставил. Я слабый, я несчастный… Но я предупредил! Господин даст мне немного тилуна?

Мерзкий ублюдок! Так он изначально не собирался бежать?

Сжав кулаки, Никаниэль вслепую бросился вперед, но получил чем-то твердым в живот и отлетел, хватая ртом воздух.

— Так его, господин! — вопил предатель. — Убейте его! Один я честный раб. Я достоин награды.