К залу совещаний.

Торопиться, однако, не вышло. Ник, конечно, придумал как провести Ванессу на ракатош, но вот потренироваться они не успели.

Спрятавшись в нижней части наряда принца, кендер постоянно то наступала ему на пятки, то наоборот отставала, рискуя нарушить всю маскировку. Так что Никаниэлю пришлось идти чуть ли не со скоростью беременной улитки, чтобы полурослице было проще приноровиться.

В итоге миниатюрная женщина прижалась к ногам Ника, обняла его за ляжки и старалась шагать одновременно с ним. Соревнование по бегу они таким темпом выиграть точно не смогли бы. Даже среди черепах преклонного возраста.

Впрочем, этого и не требовалось.

Принц плелся, задерживая начало ракатоша, а дворецкий не смел его понукать. Он лишь поминутно оборачивался, всем своим видом выражая нетерпение. Но молчал. Видимо думая, что это какой-то особый эльфийский ритуал перед важным собранием. А сопровождавшему их почетному караулу и вовсе было наплевать с какой скоростью шествовать по замку. Пусть эти благородные хоть плашмя лягут и катятся, как упавшие со стола мясные колбаски.

Оказалось, что дверь в совещательный зал еще даже не открыли. В просторном коридоре стояли самые нетерпеливые из правителей, прибывшие вместе со своими свитами и охранниками заранее. Они с любопытством взирали на странную процессию из двух медленно идущих эльфов и разве что не крутили пальцем у виска, разглядев костюм Никаниэля.

Кроме них у входа в совещательный зал скучали три людских мага, одетых в мантии разных цветов — красной, как у Юлы, белой и черной. Насколько помнил Ник, это разделение соответствовало приоритету стилей их волшбы.

Завидев дворецкого, маги взялись за руки, повернулись лицом к двери и принялись одновременно читать какое-то заклинание. Причем каждый творил свои собственные чары, но их слова непостижимым образом сливались воедино, как ручьи объединяющиеся в русло полноводной реки, и все это колдовство тянуло из них прямо-таки огромный запас маны.

Внутренним взором принц увидел, как поток силы сформировал сперва бесформенную груду, потом закрутился в вихрь, смялся комком испорченного листа бумаги и наконец сжался в тонкую полосу, на одном конце которой, проступили причудливые канавки и выпуклости. Эдакий незримый для обычного глаза ключ.

Именно им маги и отперли дверь, тут же пошатнувшись от перенапряжения. Причем истинная замочная скважина оказалась отнюдь не там же, где и в физическом мире, а значительно выше и как будто бы даже глубже.

Никаниэль прикинул, что сам он такой фокус точно провернуть бы не смог. Он даже не слышал о возможности совместного колдовства. Вот жрецы так точно могли, но маги… Разве что только людские? В любом случае, можно точно быть уверенным, что внутри королей не поджидают ни наемные убийцы, ни какой другой неприятный сюрприз. За сто лет, прошедших с прошлого ракатоша, там не должно было выжить ничего и никого.

Первыми внутрь зашли слуги. Они занесли множество напольных канделябров с кавиалами и тут же покинули зал. Насколько видел Ник со своего места, помещение оказалось лишено каких бы то ни было окон. Что и логично, с учетом уровня безопасности.

Следом шагнул лакей в вышитой золотом ливрее и с витым посохом в руках. Он трижды стукнул об пол и громогласно объявил:

— Посол эльфийского королевства Эльфхейм, Его Высочество принц Никаниэль Сердце Леса!

После чего отошел в сторону, пропуская Ника с Малемом.

Не совсем понятно, конечно, кому он там это прокричал, ведь внутри никого быть не должно, но видимо такая вот у людей традиция. Далеко не самая бессмысленная, надо сказать. Например обычай слегка притапливать новорожденных детей в тазу козьего молока с разведенными в нем тремя каплями вина вводил принца в гораздо более сильный ступор. А тут так, мелочи жизни.

Медленно прошествовав внутрь, Никаниэль обнаружил просторную овальную комнату с тремя рядами отнюдь не самых удобных кресел, расставленных по кругу. В центре же находилось возвышение с массивной каменной трибуной для выступлений.

— Нам туда. Я выяснил. — тихо шепнул Малем, указывая на сиденье, расположенное с противоположного конца. Такое же неудобное, как остальные, но как будто бы чуть более изящное.

Доковыляв до нужного места, Ник хотел уже с облегчением плюхнуться, но вовремя вспомнил, что под подолом его наряда до сих пор скрывалась Ванесса. Так что ему пришлось, придерживая полу, примоститься на самый краешек и лишь потом аккуратно пододвинуться чуть назад.

Вроде удалось.

Непонятно, правда, как кендер должна теперь незаметно вылезти наружу, чтобы найти и стащить королевскую печатку. Но она сообразительная и юркая — что-нибудь придумает. Даже наоборот — сложнее было бы заставить ее усидеть на месте.

Главное чтобы не попалась.

Лакей же, тем временем, объявлял следующих участников ракатоша.

Никаниэль откровенно скучал.

Нет, с одной стороны, конечно, понятно, почему посла Эльфхейма по протоколу запускали на ракатош первым. Это давало иностранному гостю возможность хоть немного познакомиться с остальными участниками. Ведь многие правители знали друг-друга, даже если и находились в состоянии вражды.