— Полегче. То, что ты не умер пока, еще не значит, что это в принципе не опасно. Посиди спокойно…

— Перед глазами такое вот… как будто пленку зеленую повесили. И на ней картинки. И буквы. Смешно. Буквы незнакомые, а я их понимаю. Как такое возможно?

— Как-то возможно. Как и существование мальчишки, которому в череп вогнали дюжину игл, а он все одно жив…

— Постарайся мысленно отодвинуть этот экран от себя… — произнес Миха.

— Эк… что?

— Пленку. Это как будто книга, только такая, которую видишь только ты.

— Когда человек видит то, чего не видят другие, это называется безумием, — проворчал Джер.

— Тебе еще рано становиться циничным, — Миара помахала перед глазами ладонью. — Это моя привилегия. Видишь?

— Руку твою. И этот… кран?

— Экран.

— Тоже… и да, кажется… а если… я могу его сделать большим и… — Джер растянул руки, и шар на ладони вдруг треснул, а затем развалился на две половины, каждая из которых выпустила пару серебристых лент. Ленты в свою очередь распались на нити.

А нити оплели ладонь и запястье, затем и выше поползли. При этом рукав грязной куртки помехой не стал. Скорее уж рукав этот рассыпался, а нити прижались к коже, сливаясь друг с другом. Досталось и пальцам.

— Ух ты… — Джер приподнял руку, отливавшую то ли сталью, то ли серебром, и пальцами пошевелил. — Это же ж…

А потом вытянул её и ткнул куда-то.

— Он предлагает принять какое-то… глашение.

— Соглашение?

— Ага! Похоже на то. Только как его принять? Клятву произнести? На крови? Или так? А слова какие?

— Погоди… потребуй вывести текст на экран, — Миха пересел ближе. Миара, снова завладевшая левой рукой Джера, ревниво покосилась, явно не собираясь расставаться то ли с пациентом, то ли с объектом изучения. — Мысленно…

Если все так, то венец будет своего рода… очками виртуальной реальности?

Чем-то вроде?

Венец виртуальной реальности. Хотя… кто их, Древних, знает, какие гаджеты им милее были. Может, они вовсе рептилоиды, у которых очки с носу соскальзывали.

— Ага…

— А можешь потребовать, чтобы текст стал виден?

— Э… — Джер ненадолго завис. — Тут это… внешний доступ к экрану?

— Попробуй.

Венец тоже преобразился. Он утратил угловатость, сделавшись одной сплошною лентой, опоясывавшей голову Джера.

Или не совсем лентой?

От ленты спускались те же нити, что уходили под кожу.

И смотрелось жутковато.

— Ага… тут настройки… это что? Погоди… ага, если так…

Воздух перед Джером замерцал. Экран оказался не таким и большим, ладони в две, хотя Миха подозревал, что размеры относятся к числу настраиваемых параметров. Но пускай так.

— Это… — Миара не удержалась и поднесла к экрану палец, но покосилась на Карраго, наблюдавшего за ней с милою улыбкой, и руку убрала. — Что?

— Экран, — ответил Миха. — В моем мире такие только создаются… точнее, может, где-то уже и есть, но не в общем пользовании. Текст?

Текст вышел.

Только в виде значков и символов, пусть вполне различимых, но от того не легче, поскольку ни один не знаком.

— Она тут… это… предлагает адап… дапти…

— Адаптировать?

— Да. Перевод на… местный язык согласно… как это вообще читать можно?! У меня голова болит!

— С непривычки, — заметил Карраго. — У многих молодых людей, не имеющих обыкновения читать, если вдруг случается необходимость таковая, начинает болеть голова. Мозг, мой юный друг, как и мышцы, надо тренировать.

— Соглашайся.

— Ага, — Джер спешно ткнул куда-то пальцем. И значки переменились. Он посмотрел на Миху. На Миару. И поняв, что никто-то читать не будет, вздохнул. — Я это… в общем… сейчас.

Читал он с запинками, то и дело спотыкаясь.

Но читал.

Вот ведь. мир другой. Время другое. А соглашение это… веет от него чем-то донельзя родным.

— И принимать, да?

— Да, — сказал Миха.

— А потом что?

— Потом… — Миха задумался. — Как минимум ты получишь доступ…

— К чему?

— Пока не знаю. Эти вещи созданы, чтобы управлять… чем-то. А вот чем именно… если повезет, то сможешь войти в систему. И открыть нам доступ. Дать разрешение на проход.

— Ага… — взгляд Джера расфокусировался, а экран, замерцав, побледнел. Но нет. Он снова стал ярче. И шире. Мальчишка чуть нахмурился. А потом протянул руку и просто раздвинул его за углы.