— Дай перо, — сказала она.

— Может, завтра? — нерешительно спросил Тибор.

Милый, родной Тибор, как он боится за нее, он все еще хочет дать ей время подумать.

— Нет, я подпишу сейчас. Позволь мне хоть раз в жизни быть честной.

Тибор удивленно взглянул на нее.

— На меня налипло столько грязи, — с отчаянием сказала девушка, — что, может, всю жизнь придется ее смывать!

— Ты, конечно, преувеличиваешь!

Эрика не ответила. Она взяла перо и, четко выводя буквы, подписала воззвание.

— Вот и все, — сказала она. — У меня словно тяжелый камень с души свалился. Ты даже представить не можешь, как я люблю тебя, Тибор!..

Пятьдесят два государственных флага развеваются на флагштоках, окружающих стадион, переливаются яркими красками в лучах солнца.

Беговые дорожки и зеленое поле еще пустынны. Не видно ни одного спортсмена, только переполненные трибуны гудят и волнуются в ожидании соревнований да теплый ветерок то поднимет, то снова опустит флаги над стадионом.

Но вот раздаются звуки праздничного марша, и трибуны затихают. На стадион выходит колонна знаменосцев. Они стоят рядом, они сейчас все равны в этих соревнованиях, и только честная борьба и победа могут прославить какой–нибудь флаг.

Звучит музыка, и вот уже колонны спортсменов выходят на черную дорожку, делают круг по полю и строятся со своими знаменосцами, как армия за полководцем.

Сдержанный гул прокатывается по трибунам — это выходит колонна Советского Союза. Впереди — Ольга Волошина, и нет на стадионе почти ни одного человека, который не знал бы ее.

Широкое поле расцветает колоннами спортсменов в разноцветных костюмах, словно невидимый художник рисует на нем красочные узоры. Последними выходят и выстраиваются позади черно–красно–золотистого знамени хозяева стадиона — спортсмены Германской Демократической Республики. Музыка стихает. Над стадионом — тишина.

Председатель Международного союза студентов объявляет студенческие спортивные соревнования открытыми, желает участникам больших успехов и новых рекордов. Потом на невысокую трибуну выходит один из хозяев поля, студент университета имени Гумбольдта, и, подняв вверх правую руку, оглашает слова присяги, и все спортсмены, каждый на своем языке, повторяют ее.

— …Клянусь честно добиваться победы, — раздается над полем стадиона.

Программа первого дня состояла из баскетбольных встреч, забегов и полуфиналов стометрового бега, бега на десять тысяч метров… Завтра будет метание диска, прыжки в высоту, финальные забеги стометровки и бег на полторы тысячи метров — так, один за другим, пройдут все виды соревнований.

— Прошу сюда, товарищи, — громко сказал тренер баскетболистов, собирая вокруг себя команду. — Вот что я хочу сказать вам перед соревнованием. Американцы утверждают, будто они недосягаемы, но победить их можно и нужно. Желаю вам успеха, и, наверное, все советские люди в эту минуту желают вам того же. Счастливо! Пошли!

На трибунах уже спорили о возможном исходе первой встречи. Когда обе команды выбежали на поле, стадион шумно зааплодировал. Советские спортсмены выстроились по линии поля, американцы остались стоять группой.

— Баскетбольной команде студентов Соединенных Штатов Америки физкультпривет! — раздалось над стадионом.

Американцы переглянулись, не зная, что делать. Они не привыкли здороваться с противником. С минуту стояла неловкая тишина, потом капитан американцев подошел к советским спортсменам.

Русанов о интересом посмотрел на капитана команды США, молодого человека, еще выше, чем он, ростом, с добродушным лицом. Они поздоровались и стали тянуть жребий, кому на какой стороне играть. Наконец команды заняли свои места, свисток судьи — и игра началась.

Кто из нас не видал этой целеустремленной, темпераментной, огненной игры, когда вся команда как бы становится единым организмом, а игроки понимают не только взгляды, но и мысли друг друга!

Осторожно, но очень напряженно началась игра между студентами США и Советского Союза. Команды словно приглядывались друг к другу, нащупывая слабые места или щелки в обороне, сквозь которые можно прорваться к кольцу. Вот Русанов издалека, точно рассчитанным броском положил мяч в кольцо, и на щите Советского Союза появилась первая двойка. Американцы ответили стремительной атакой, и через минуту мяч оказался в кольце советской команды — счет выровнялся.

Нина, сидя в первом ряду трибуны для участников, не отрываясь следила за игрой. Как она волновалась в эти минуты за Владимира Русанова, как пламенно желала ему успеха!

А на площадке быстро и драматически развивались события. Первая половина игры закончилась вничью 18 : 18. Когда началась вторая половина, американцы немного отстали, разница в счете равнялась четырем очкам.

По правилам баскетбола любая команда имеет право во время игры заменять игроков, и тренер команды русских умело пользовался этим правом. Он все время вводил свежие силы, не заменял только капитана. Русанов так хорошо вел игру, что просто невозможно было дать ему отдых. И очень скоро весь стадион понял, где центр, где душа советской команды. Каждый раз, когда мяч из рук Русанова попадал в кольцо, зрители разражались аплодисментами.