— Думаешь, она справиться с этим? — спросил Рансу между помешиванием супа.

— Я позабочусь об этом.

Его друг слишком хорошо его знал.

— Похоже, ты не очень доволен этим.

— Да, но у меня не было особого выбора.

— Не делай вид, что ты не рад её присутствию здесь. Мы все видели, как ты на неё смотришь.

Локи нахмурился.

— Она была красивой девушкой, которую я не ожидал никогда больше увидеть. Но теперь она стала постоянным элементом в моей жизни.

Локи выполнит свой долг и обучит её, но не более. У него не было времени, заботиться о ней. Как только позволяешь себе такие эмоции, становится намного сложнее изо дня в день бросать все свои силы навстречу смерти.

— Кроме того… если бы я смотрел на неё так, что это действительно что-то значило, вряд ли я захотел бы знакомить её с такой жизнью, как у нас.

Локи оставил Рансу готовить и занялся проверкой припасов, подальше от того места, где бродила Роар. Когда они сели за стол, он слушал, как Джинкс рассказывает Роар о Таранаре.

— Если тебе показалось, что Глаз — это что-то нереальное, то подожди, пока не увидишь Таранарские рынки. Кажется, они растянулись на целую вечность, и даже обычные рынки без магии — очень зрелищные. Богатые гобелены, специи и керамика…

Локи перебил и спросил Роар:

— Ты ведь говоришь по-таранарски, верно? Ты упомянула об этом ранее.

Роар отхлебнула суп из своей ложки, прежде чем ответила:

— Да, говорю.

— Но ты никогда там не была?

Она покачала головой.

— Подруга детства родом из Таранара. Многое я взяла у неё и практиковалась, читая книги на этом языке.

Она, несомненно, была загадочной. Знатные дворяне не говорили ни на одном другом языке, и всё же эта девушка с улицы говорила на нескольких.

— Хорошо, продолжай, — сказал Бейт. — Поговори со мной по-таранарски.

Она рассмеялась.

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Скажи, что я самый красивый мужчина, которого ты когда-либо встречала, и ты безумно влюблена в меня.

— Кто-нибудь ещё говорит на таранарском? — спросила она.

Никто не ответил, но Локи знал, что Дьюк всё прекрасно понимал.

Она повернулась к Бейту с лёгкой улыбкой и заговорила. Локи понятия не имел, что она сказала, но наблюдал, как шевелятся её губы, пока из них вырывались низкие, мягкие звуки. Он никогда не считал таранарский особенно красивым языком. Так много звуков формировалось в задней части рта и горла, что он частенько думал, что звучит искажённо или бессвязно. Но из уст Роар он был похож на мурлыканье, сладкое и гортанное.

— Что ты сказала? — спросил Локи, не в силах сдержаться.

Она не ответила, но с любопытством посмотрела на него и продолжила говорить, и на этот раз ему показалось, что речь идёт о нём. Он тут же дал обет выучить таранарский язык. Он увидел, как Дьюк наклонил голову, чтобы скрыть улыбку, и спросил у него:

— Что она говорит?

Роар прекратила на середине звука, её лицо покраснело, когда она посмотрела на Дьюка. Её голос дрожал, когда она спросила на родном языке:

— Ты знаешь таранарский?

— Не так хорошо, как ты. Но я понимаю достаточно, чтобы обходиться.

— Что она сказала? — спросил Бейт, практически подпрыгивая на камне, где он сидел.

Дьюк ответил:

— Она сказала, что ты похож на маленького щенка. Полон энергии и переполнен любовью. И она надеется, что ты не пускаешь слюни, как щенок.

Все засмеялись, но Бейт, похоже, не возражал. Он не знал, каково это быть серьёзным. Иногда Локи задумывался, не нарочно ли он это делает, не проще ли шутить, чем смотреть правде в глаза. Все члены команды были здесь, потому что оставили в прошлом нечто худшее. Такую жизнь не выбираешь, если в будущем тебя ждёт лучший вариант.

— Я переполнен любовью, — сказал Бейт. — И всё это для тебя, Роар, — он многозначительно поднял брови, и Локи с трудом подавил желание толкнуть его в костёр.

— Ладно, любовничек, — вмешалась Джинкс. — Успокойся, пока я не лишилась своего супа.

Рансу между глотками пробормотал:

— Остерегайся. Щенки могут попытаться совокупиться с твоей ногой, если не будешь осторожным.

Роар задохнулась от смеха, запрокинув голову. Обычно молчаливый Рансу выдавил улыбку.

— Но это правда, — добавила Джинкс. — Бейту действительно нельзя доверять.