— Это порошок из сердца огненного шторма, — сказал он. — Выпив его, он сделает твою кожу временно огнестойкой. Угли всё ещё адски пекут, когда они попадают в тебя, но синяки куда лучше, чем обожжённая плоть. Такое маленькое количество будет продано за десять золотых монет.

Подумав об Этель, попытавшейся продать Роре порошок огненного смерча, она спросила:

— Значит, он не сожжёт тебя изнутри, если ты его проглотишь?

Он рассмеялся.

— О, это возможно. Но для этого тебе понадобится целое сердце бури. Есть более дешевые способы совершить насилие.

— У других охотников есть родство к огненным смерчам?

Он покачал головой.

— Только у Локи. У многих нет никакого интереса к таким опасным вещам. Слай, например, имеет лишь несколько родственных свойств. Больше не хочет. Бейт — это наш новичок. Он всё ещё учится ремеслу под присмотром Джинкс, и немного нетерпелив. Нетерпеливые охотники становятся мёртвыми охотниками. Так что я пока не допускаю его к грозам.

Не было смысла пытаться скрывать эмоции — они лезли из всех щелей.

— Я хочу знать всё.

— Помнишь, что я говорил о нетерпеливых охотниках? — сказал Дьюк, выгнув бровь.

— Жажда информации это не то же самое, что безрассудное поведение.

Она должна знать… она была склонна и к тому, и к другому.

— Так и есть. В здесь мы торгуем. Всем. Даже за информацией.

Её лицо вытянулось. Ей и в голову не пришло взять с собой монету. Всё, что у неё было, это одежда на спине и… кольцо с сердцем бури. Но она не могла продать его. Даже ради ответов, которых так отчаянно желала.

— У меня нет ничего ценного, что я могла бы продать тебе.

— Возможно, ничего ценного для тебя, — он некоторое время внимательно смотрел на неё и потом сказал, — тот человек, о котором ты спрашивала. Что ты можешь рассказать мне о нём?

Она побледнела.

— Ничего. Я ничего о нём не знаю, — она нахмурилась. — У меня нет с собой денег, но я схожу за ними и вернусь. Тогда ты мне расскажешь?

Она уже прикидывала варианты, как сможет пробраться обратно во дворец и вернуться, не попавшись. Она повернулась, чтобы уйти, зная, что чем скорее она это сделает, тем лучше. Слуги проснутся ещё до рассвета и начнут готовиться к завтрашней свадьбе.

— Подожди, — крикнул Дьюк раньше, чем она успела сделать пару шагов. — Что ты хочешь знать?

Она повернулась.

— А как же торг? Я не дала тебе ни информации, ни товара.

Он вперился в неё напряжёнными зелёными глазами.

— Ты дала мне информацию, но не словами. Ко мне приходит человек с сердцем бури на продажу, и Локи говорит мне, что прошлой ночью ты боялась кого-то на рынке. И вот ты сегодня спрашиваешь о моём клиенте. Это говорит мне о многом, — взгляд этих напряжённых глаз снова устремился на неё. — Покамест, спрашивай.

Покамест? Рора проглотила свою неловкость и засыпала его вопросами, начав с предметов, выставленных на продажу в его киоске. Некоторые были ей знакомы. Молниеносные фонари и вечные угли, с которыми её познакомили прошлой ночью, но она слушала с восхищённым вниманием, пока он объяснял остальное.

Дьюк взял бутылёк с торнадо внутри и объяснил, что некоторые люди покупают первобытную магию бурь для гнусных целей. Кто-то мог бросить бутылку, подобную той, что он держал в руке, в окно, чтобы кратковременный торнадо, возникший при разбитии бутылки, разрушил здание изнутри. Но охотники использовали такую первобытную магию для самозащиты. Дьюк сказал:

— Большинство бурь связано с движущей силой. Разрушь один шторм, бросив в него смесь из другой бури, они оба рассеются.

— А что, если нет? Что, если они объединятся и станут вдвое опаснее, чем раньше?

— Такое может произойти. Уже случалось. Но я десятилетиями охотился на этих бестий, и что сталкивался почти со всеми видами бурь. Я знаю, что работает, а что нет.

Рора хотела проникнуть в его разум, его воспоминания и читать их, как книгу. Но она не могла; единственное, что ей оставалось, это задавать вопросы, приходящие на ум.

— А как насчёт остального? — спросила Рора, махнув рукой на весь товар. — Товар, который не содержит в бутылке первобытную магию.

— Ты встречалась с Джинкс. Она ведьма нашей команды, — ответил Дьюк. — Земная ведьма по своей природе. Но с правильным заклинанием она может сделать всё, что угодно. Она единственная, кто делает все наши кусочки пропитанными. И в помощь нам она заколдовывает наше охотничье снаряжение. Нельзя иметь охотничью команду без ведьмы.

Наставники Роры постоянно твердили, что ведьмы были уничтожены в первую же волну бурь. Те, кто теперь утверждал, что занимается колдовством, были больше мастерами обмана, чем ведьмами. Бурерождённые единственные обладали истинной магией.