Объехав препятствие в виде расстрелянного грузовика, машина, набрав скорость, ехала по грунтовой дороге, с которой ну вот прямо сейчас необходимо было съезжать в поля. Однако, с полями всё было сложно. Например, можно было запросто уткнуться в непроходимую полосу плюсовки или же влететь в невидимую аномалию.

Из-за первого, второго и много чего ещё, Пашино присутствие требовалось в кабине. Однако, прежде необходимо было решить, куда они вообще едут и, главное, с какой целью. Последнее, как ни странно, весьма неоднозначный вопрос.

Наведение порядка начала немка, наорав на детей так, что за компанию присмирели не только Паша и Марек, но и грузовик, казалось, начал ехать тише. Следом за фрау к процессу воцарения дисциплины подключился сталкер. При языковом содействии немки он заявил, что, если кому-то хочется побаловаться с телепатией, то пусть лезут в его голову, ведь в ней есть много всего интересного.

Далее из ящика на ходу вытряхнули железки, после чего сталкер топором вырубил в нём подходящего размера дырку, превратив в приспособление типа «мини-сортир». Детвора оказалась не из стеснительных и в режиме очереди ящик оседлала.

Следующими в бой пошли имевшиеся в Пашином рюкзаке шоколадки и вообще всё съестное кроме батончиков нектар. Последние мужчина предусмотрительно рассовал в набедренные карманы, определив в полегчавший рюкзак чужой пояс с артефактами и конфискованные у Марека магазины для автомата.

Пошаманив с застёжками, сталкер всё же сумел присобачить один из подсумков себе на пояс. Сделав это, он потрудился изучить полученный в бою автомат.

Трофейное оружие оказалось годным. То есть без всякой тухлой херни вроде электро-детонации и безгильзового боеприпаса. Первое через раз работало на минусовке, второй быстро сдыхал на плюсовке. Правда после родного калаша автомат был, мягко говоря, ни о чем. Таким работать разве что по людям и ТЭН-мутантам. Последние, кстати, далеко не всегда имели защитный паракинетический барьер.

А вот против нежити текущее оружие — полный тухляк. Нежить эффективно валили лишь разрывные пули и почти строго по кумполу. Обычными можно пол магазина в башку всадить и далеко не факт, что мертвец успокоится.

Машина сбавила ход и остановилась. Пробравшись до слухового окна, Марек переговорил с водителем. Вернувшись к устроившемуся у заднего борта Паше, он сообщил:

— Если сейчас свернем, то сможем через поля выскочить на Лодзинскую трассу, а уже с неё можно перейти на подходящую дорогу на юг.

В разговор вмешалась немка:

— Нам противопоказано двигаться в сторону Кракова. На южных направлениях нас будут искать в первую очередь. А ещё, я почти уверена, часа два у нас есть. Раньше вменяемую погоню вряд ли организуют.

— Откуда цифры? — поинтересовался Марек.

— А ты не задумывался, как мы вообще могли сбежать? Первую колонну почти полностью раздолбали под Мальвой. Строго говоря, мы по началу просто спасались, а уже после Агата «хакнула» сопровождающих, а я уговорила водителя бежать.

— А кто раздолбал? Краковские? — вытянув шею, поинтересовался поляк.

Немка на это лишь пожала плечами. Из жеста следовало, что кроме Краковских вроде как и некому, а с другой стороны, полной уверенности у неё нет.

— Так съезжаем с грунтовки или дальше едем? — напомнил Марек.

Паша скомандовал:

— Пусть водитель определится с местом съезда, после чего проедет вперёд метров двести, где мы сбросим «самое ценное», — кивнул он на ящик-туалет. — А как сбросим, пусть задним ходом сдаст до намеченной точки и повернёт в поля.

Строго говоря, шанс запутать подобным образом хорошего эмпата был практически равен нулю, а вот выиграть немного времени, так это запросто. Грузовик, в отличие от идущего по земле человека, практически не оставлял за собой следов ауры. Случись преследователи, они будут ориентироваться в первую очередь по следам, а эмпатам поручат палить точки схода на случай, если часть пассажиров решит незаметно высадиться и двинуть пешком.

— Какова ваша цель? Точнее, куда вы хотели ехать? В Краков? — обратился Паша к немке.

От этого — простого в общем-то вопроса, излучающая уверенность и несгибаемость фрау как-то разом сдулась, опустившись на стоявший у борта ящик.

— Краков существует лишь по той причине, что Профессор ссыкло, — заговорила она. — Наведайся он туда как боевая единица, наверняка сумеет в одиночку вырубить весь город. А ещё силы мутантов равномерно размазаны по треугольнику Ольштын-Белосток-Варшава. Они непрерывно чистят местность от нежити и залётных. Ну и следят, чтобы никто не забрёл севернее: у них там делянка артефактов. Я к тому, что, если Профессор психанёт и соберёт все имеющиеся у него силы, Краков вряд ли что-то спасёт.