Именно поэтому, не из-за жены или долга, вы тут, свободный и без кандалов.

— Как вы великодушны! — осклабился Малис.

Ольер ли Брагоньер вызывал в нем смешанные чувства. С одной стороны, общее отношение к людям его толка, с другой — личная неприязнь. По мнению некроманта, Эллина заслуживала лучшего, чем чопорный сухарь, однако бывшая любовница, а ныне подруга любила этого человека, тот в свою очередь привязался к ней, сделал много хорошего, и тут всплывала третья сторона.

Темный маг передумал. Раухтопаз в кольце погас, мышцы расслабились.

Брагоньер заметил перемену и в свою очередь оставил перевязь в покое.

— Итак, закончили? — Соэр не стал уточнять, что именно.

— Вполне, — склонил голову набок Малис и потребовал: —Поклянитесь! Хочу не только войти, но и выйти.

Королевский прокурор помедлил, пожевал губы и с видимой неохотой произнес:

— Хорошо, даю слово дворянина, если магический допрос и визит на местное кладбище подтвердят ваше алиби, ночь проведете на свободе.

Клятва вышла обтекаемой, но на другую некромант не рассчитывал.

Следственное управление Совера занимало неказистое, пострадавшее от времени и осадков здание. Штукатурка на первом этаже местами отвалилась, обнажив рыжий кирпич, дожди оставили ржавые подтеки на побелке возле водосточных труб. Словом, провинциальному не пристало щеголять роскошью.

Брагоньер пропустил Малиса вперед, чтобы ушлый некромант не попытался сбежать в последнюю минуту.

Лежавшая у крыльца собака лениво подняла голову и тут же положила ее обратно на лапы.

Да, определенно, для полноты картины не хватало только свиней!

Внутри оказалось не лучше, чем снаружи. Вместо прихожей и холла — душная комнатенка не больше привратницкой, в которой, судя по ряду крючков на стене, в холодное время года оставляли верхнюю одежду.

Никакого дежурного, посетителей никто не приветствовал, не интересовался целью визита.

Здание требовало ремонта, но местная казна не выдержала бы подобные траты.

Соэр толкнул вторую дверь. Он не проверял, но чувствовал, Малис следовал тенью. Мысленно Брагоньер давно решил: судьба темного в его руках. Хотя если невиновен теперь, попадется потом.

За дверью оказалась приемная, заваленная бумагами. Они

грудились на столах, за которыми сгорбились сотрудники, перевязанные бечевкой, валялись на полу, раздували папки в шкафах. Похоже, несмотря на всю провинциальность, преступность в Совере все же существовала.

Ближний к Брагоньеру клерк поднял голову и подслеповато прищурился.

Неужели в управлении нет секретаря? Ах, да, он полагается только руководителю, остальные обходятся собственными силами.

Соэр шагнул к столу и положил на оазис зеленого сукна инквизиторский перстень. Затем надел его и продемонстрировал два других кольца.

В приемной зашушукались. Заскрипели отодвигаемые стулья.

Работа замерла.

— Чем обязаны, благородный сеньор? — не по форме обратился к Брагоньеру все тот же клерк.

Он явно страдал от близорукости, но по непонятной причине не носил очки.

— У вас есть судебный маг? — задавая вопрос, Брагоньер сомневался, что получит положительный ответ.

— Найдется, — поднял престиж местного правосудия собеседник. — Как раз свободен.

— Квалификация?

Соэру не хотелось доверять допрос кому попало.

Малис во время разговора скромно пристроился у стены, изображая, будто происходящее совершенно его не касается.

Взгляд некроманта лениво обежал помещение и наметил пути отступления.

Два окна, первый этаж, справится и ребенок.

Правосудие обязано внушать трепет, только вот у темного мага вызывало жалость.

Заказчик может не беспокоиться, как только избавится от Ольера ли Брагоньера, Малис выполнит работу быстро и четко.