Эх… Грусть, тоска, солёный огурец…

Чёрт, вот от него бы я сейчас не отказалась.

– Что? – словно улавливая моё настроение, спрашивает она: – Снова огурцы хочешь?

– Да, – киваю. – Там у тебя в холодильнике были, я видела.

– Так я для тебя их и купила, – очередной раз вздыхает она, вставая со стола. – Слушай, ты точно беременна.

– Меня записали на приём только в следующий понедельник, поэтому пока ещё неизвестно… И помнишь, одна женщина сказала, что может это на нервной почве.

– Боже, Аня! А другая сказала, если настроение скачет как американские горки, а у тебя именно так… то ты точно ждёшь ребёнка! Да и тебе в больнице, ХГЧ предлагали сдать, а ты что? А? Отказалась! – проворчала она. – И тестов уйма накупила, но не один не опробовала... Слов нет. Ты невыносима.

– Знаешь, – открыла банку с огурцами, которую протянула Лера и вытащила один, откусив его тут же. – Сложно смиряться с реальностью, когда на тебя все давят! Вон три дня назад, мне звонила бывшая жена Вити…

Она резко развернулась, впившись в меня пристальным взглядом.

– Что? – прожевала огурец. – Ну она гадости мне опять начала говорить про то, что вскоре Витя к ней вернётся и забудет меня… Всё в этом духе.

– Аня, – она подошла ко мне, – ты понимаешь, что она имела ввиду?

Я потянулась ко второму огурцу, но Лера ударила меня по руке, отбирая заветную банку.

– Ты чего делаешь?! – возмутилась я.

– Это ты чего делаешь?! Она хочет отобрать у тебя Виктора! Не поняла, что ли?! Хочешь, чтобы он был с ней или с той девушкой, которая пришла к вам домой?!

– Нет, конечно, – я нахмурилась и сжала салфетку в руках. – Я не для этого пролетела тысячи километров, чтобы просто так отдать кому-нибудь Витю. Знаешь, как тяжело делать первые шаги… особенно, когда любишь не один год и даже не два. Почти всю жизнь.

– Ну вот! – вздохнула она. – Дошло наконец! Спустя… сколько ты там уже дней на него дуешься? Пять или шесть? Не помню уже. Короче, давай звони своему Виктору и говори, что не хочешь терять его и…

– Так я его в чёрный список добавила сразу, пока к тебе ехала, поэтому он в универе на меня кричал, грозился, что дома запрёт и не выпустит, –перебила её, а сознание потихоньку начало просыпаться, подкидывая воспоминания того дня…

– Анют, что за детский сад? – он прикрыл глаза на секунду. – Я проснулся, а тебя нет… Вещи свои собрала и ушла. Как это понимать? И где ты ночевала, мать твою?!

– Это значит, что мне нужно переварить всё... А остановилась я у одногруппницы своей. Не стоит переживать, лучше вот о той женщине…

– Перестань, – рыкнул он и схватил меня за руку. – Домой поехали, мириться будем. Сразу выбросишь с головы всякий мусор.

– Каким это образом? – вскрикнула, когда он притянул к себе.

– Самым простым, Анют, – прошептал прямо в ухо. – Древним как…

Хотел было продолжить, но телефонный звонок прервал его.

Он достал мобильный со своего кармана и нахмурившись, сбросил.

– Что? Анжела, да?

– Так, – он отпустил мою руку, тяжело вздыхая. – Сколько тебе нужно времени, чтобы остыть? День? Два? Неделю? Я понимаю, что у женщин бывает раз в месяц…

– Боже, Витя! При чём тут наши женские дни?! Твоя бывшая названивает тебе, приходит к нам домой, а ты мне говоришь: успокойся?! Не буду я успокаиваться! Всё!

– Неделю, – отрезал он, – неделю побудешь у своей подруги, а потом я тебя заберу. Я не маленький мальчик, чтобы бегать за тобой, Анют. Со мной так не выйдет.

– И не бегай! Не нужен ты мне больше!

И это была я?!

В последнее время, мне крайне сложно концентрироваться, что-то понять, осмыслить… Действую на эмоциях. Не могу ничего с собой поделать…

Какое-то бессилие… Словно не себе принадлежу.

Если продолжу в том же духе, Витя не станет терпеть меня и найдёт себе нормальную женщину, которая не будет выносить мозг.

Чёрт…

Почему это дошло до меня только сейчас?!

– Я ему сказала, что он мне не нужен… Разве после этого он на меня посмотрит? На такую истеричку?!

– Конечно посмотрит, – она кивнула. – Расскажи ему все. Объясни, что вспылила, увидев рядом с той женщиной…Скажи, что беременна, что у вас скоро будет малыш… Он ведь любит тебя, а ты его… В чём проблема?