Генетическая предрасположенность? Есть подобное. Или…

— Доброго дня, — Цисковская была в льняном сарафане нежно-бирюзового оттенка и шляпке. — Вы выглядите усталой. Кстати, знакомьтесь, моя внучка. Ульяна.

— Рада познакомиться, — без особой радости в голосе произнесла высокая модельной внешности девица. И главное, лицо у нее такое, что хоть сейчас на обложку, при том что макияжа — ни грамма. Я, может, не великий специалист, но способна отличить его отсутствие или макияж, сделанный так, чтобы казалось, будто его нет.

— И я, — не очень весело сказала я. — Рада… наверное.

— Вы поболтайте, — Цисковская ткнула внучку под ребра. — А я пройдусь, пообщаюсь… видела, кажется Столыпиных… грешно будет не поприветствовать старую подругу. Не вежливо.

— Погодите… — я вдруг поняла, что встреча-то может полезной быть. — Скажите, а есть такие формы рака, которые при беременности случаются? И причем очень агрессивные…

— Есть, — ответила Ульяна, поглядев на меня, кажется, с интересом. — Довольно редкий случай. Гестационная трофобластическая неоплазия. Причем да, лечить её крайне сложно. Раньше смертность достигала ста процентов.

— А сейчас?

— Сейчас… скажем так, немногим меньше. А вам зачем?

Для общего развития.

Цисковская уже куда-то подевалась, а вот Ульяна есть. В конце концов, почему бы и нет. Она же медик, да и из древнего рода целительского, что тоже что-то да значит.

— Есть одна знакомая, которая сейчас… в положении. Её матушка умерла от рака сразу почти после родов. И родственники опасаются, что все повторится.

— Это вряд ли, — Ульяна перекатилась с пятки на носок и обратно. — Это, конечно, патология и страшная, но с наследственностью данный вид рака не связан. Насколько мне известно.

Она задумалась.

И крепко так.

— Познакомите? — уточнила Ульяна спустя минуту или две. — И хорошо бы полный пакет документов… так уж вышло, что это моя специализация.

— Нео… — я вдруг поняла, что забыла, как оно звучит.

— Неоплазия? Не совсем. Я занимаюсь гестационными трофобластическими болезнями.

Ни о чем не говорит. Но киваю. Надо хотя бы показаться умной. Правда, не выходит. И снисходительная улыбка Ульяны о том говорит. Но обижаться не обижаюсь.

— Это болезни… разного рода, онкология тут — крайний вариант, которые возникают у женщин при беременности или после, в результате неправильного развития плода. Тут множество факторов на самом деле. И пусть чисто статистически явление нечастое, но последствия самые серьезные. Да и тема слабо изучена, а это всегда интересно. Так что… моя бабушка, конечно, куда более опытна как целитель. Но в том, что касается именно этой части — я знаю больше.

Удача?

Нет, действительно, удача? Вот так просто?

Снова?

— Так что, если у меня будет возможность взглянуть на вашу… знакомую…

Не совсем знакомую. Подозреваю, со мной Машенька знакомиться не захочет.

— Я буду рада, — закончила Ульяна. — И да, у меня есть пара интересных идей. Такого рода необластомы отличаются от классических опухолей. Именно поэтому традиционные методы срабатывают плохо. А вот если попробовать зайти с другой стороны…

У нее взгляд загорелся.

И наверное, это хорошо. Для исследователя.

— Я… скажите, а если не наследственность? — я уцепилась-таки за мысль. — А если проклятье? Такое вот… наследуемое? Они же встречаются.

— Встречаются, — чуть подумав, согласилась Ульяна. — Это категорически незаконно. Но… если наложили лет двести тому, тогда да, тогда законы далеко не всегда соблюдались.

Она поднесла палец и прикусила ноготь, причем обрезанный по корень ноготь. И лаком не покрытый.

— А ведь любопытно… проклятье, которое бы активизировалось при определенных условиях. Беременности, скажем. Спящее в основное время, оно было бы незаметно. Но в случае беременности… да, пожалуй, оно могло бы спровоцировать нарушение развития локусов хориона, а там уже… — Ульяна встрепенулась и вцепилась мне в руку. — Я должна её увидеть!

— Я…

— Я знаю, что бабушка хочет, чтобы вы отдали мне силу. Мне это не надо! Бабушка, конечно, не слышит, а мама все надеется сохранить с ней хорошие отношения, поэтому послала меня сюда. Раз уж бабушка… у нас с бабушкой без нужды не спорят.

— Понимаю.

— Вот… на самом деле мне своей силы хватает, даже слишком. Диагностика не требует большого количества. Оно мешает даже. Чем больше силы, тем сложнее её контролировать, поэтому я и пошла на диагностическое отделение. И я там лучшая!

— Охотно верю.

— Мне это интересно! На самом деле.

Этак она мне в порыве страсти и руку оторвет.

— И я пишу работу… мой руководитель… — Ульяна чуть запнулась и зарделась, а я подумала, что наследнику престола, сколь бы хорош он ни был, с ней ловить нечего. — Он полагает, что мы сможем совершить прорыв. И если все так… это удивительно! Так вот, я… я помогу тебе. Сделаем вид, что мы нашли общий язык. Бабушка поверит. Она всегда верит в чужие интриги. А ты мне её покажешь!