Драка ещё была в самом разгаре, когда открылась дверь и в палату вошла заплаканная девушка, которую поддерживал за талию мужчина, за их спиной виднелся заведующий, который как раз говорил:

– Это одна из наших лучших палат. Вы немного полежите, отдохнёте в спокойной, тихой обстановке...

Два придурка продолжали кататься по полу. Девушка перестала плакать, раскрыв рот, смотрела на обстановку: по палате будто ураган прошёл, на полу два амбала друг другу бока мнут.

– Что здесь происходит? – возмущённо и потрясённо воскликнул заведующий.

– Два Козла бодаются, - внесла я ясность.

В распахнутые двери нашей палаты стали прибывать непрошенные зрители. Мне их всех из угла не видно, но гул голосов слышно было очень хорошо.

Весь персонал гинекологии, не считая заведующего, был женским, больные, само собой, тоже - одни женщины. Мужчины порою, конечно, бывают здесь, но в дневное время редко, в основном, забегают проведать своих, рано утром, перед работой или вечером.

Через пять минут в палате уже стоит такой визг и шум, что он доходит, наконец, до дерущихся.

Они, тяжело дыша, медленно поднимаются.

«Жаль… Плохо дрались. Я, вот, сама не смогла подняться три недели тому назад» - подумала я.

Но выглядели парни живописно. И дело даже не в подбитом глазе Захара. Валяясь по полу, драчуны ногами или попами раздавили, вывалившиеся, из собранных мною сумок, не начатые коробочки с йогуртом и пачку персикового сока. Они оба сильно перепачкались, особенно ниже пояса.

Противно воняющие персиками, мои гладиаторы оценили обстановку и решительно пошли к выходу, сзади, ниже пояса и выше колен, их штаны были густо облеплены лепестками роз.

Толпа расступилась перед ними, не из страха, а, чтобы не замараться. И даже пожилой охранник, которого таки успел кто-то позвать с первого этажа, поднял было руку, да так и опустил, брезгливо скривившись.

– Кто это всё будет убирать? – перекрыл бурлящий гул голосов мощный бас дородной женщины в белом халате, старшей медсестры отделения.

Нет! Ну почему эти двое вдруг стали моей головной болью? Как я умудрилась забеременеть сначала от одного придурка, потом от второго. Мне нормального парня в этой жизни не положено? Ладно. Хотя бы малыш будет. Это глупости, что обязательно муж нужен. С такими мыслями я тоненько пропищала:

– Я сейчас всё уберу. Только, мне бы, ведро и тряпку надо.

Заведующий шустро спровадил из помещения любопытную толпу. Тем более часть её и так направилась сопровождать попы в розах. Я, тем временем, топталась по комнате, собирая вещи и предметы с пола в два пакета: на выброс или помыть, постирать.

Новенькая решительно отказалась идти в другую палату.

– Я уверена, это - самая лучшая палата в отделении. Девочки, меня Ритой зовут. Я на сохранение, - улыбалась нам новая соседка.

– Ну вот и хорошо. Устраивайтесь и через час приходите в смотровую, - распорядился заведующий и ушёл вместе с, я так понимаю, мужем нашей новенькой.

– Я тоже на сохранении, - отозвалась Света. – Меня недавно положили, так что я с тобой надолго, а вот Галочку завтра выписывают.

– Если только, после сегодняшнего, я резко не выздоровею на день раньше, - пробурчала я.

– Галя, извини, мне показалось, что один из парней – это участник группы «ДэКа» - Захар, – непривычно скованно вдруг заговорила Паровоз.

Я как раз ползала у неё под кроватью на коленях, доставая закатившуюся баночку.

– Захар, будь он неладен!

Пока собирала всё, перемазалась, не хуже драчунов. Липко, противно. По полу иду и прилипаю с каждым шагом, а потом нога с задержкой от пола отрывается. Заведующий и муж Риты муж тоже с такими «прилипами» уходили. Я ещё подумала, что походка у них странноватая.

В палату, гремя ведром и размахивая тряпкой, влетела старшая медсестра с воплями:

– Всё отделение к полу прилипает!

Глава 26

– Это ещё что такое? – Сергей застал меня за мытьём коридора.

Особую прилипчивость, оказывается, обеспечил мёд. Он во время драки вылился из плохо закрытой баночки. Я её позже нашла и пришлось остатки выбросить. Жалко, мёд у нас дорогой. Нашу палату я уже вымыла. Четыре раза воду меняла. Соседки рвались на помощь, даже Паровоз, но я им не разрешила.

– Я уже сохранилась, а Вы лежите, давайте, и не мешайте! – прикрикнула строго. И уже жалобно добавила – Не дай Бог, что с Вашими детьми, как мне потом? Пожалуйста, полежите, пока я закончу!