– У нас много чего нет, – заметила Блум. – И все-таки попробуем подытожить, насколько это возможно?

– Окей, – кивнул Бергер. – Уолтер Дальберг выучился на врача, в восьмидесятые заинтересовался прорывом в генетических исследованиях и защитил диссертацию по микробиологии. В девяносто первом году основал биотехнологическую компанию, которой вскоре стало тесно у него на вилле в Стэкете, в Ерфэлле. В результате они перебрались в Вестерос. Было это году в девяносто четвертом. Год спустя был похищен дайвер Олег Трефилов из Сургута, что в Сибири. У него взяли костный мозг, который ввели Уолтеру в качестве омолаживающей процедуры. То же самое, похоже, произошло и с печенью молодой женщины, а также другими органами еще двух молодых людей, которых после медицинских манипуляций заморозили. Где все это происходило? Скорее всего, в помещениях «Hyperion Biotechnia» в Вестеросе. Или в каком-нибудь филиале фирмы.

– Вероятнее всего, жертвы похищались за границей по заданию самого Уолтера Дальберга, – сказала Блум. – Занимались этим члены «Hells Angels», скорее всего, по другую сторону озера Меларен – теперь уже точно известно, что Стефан Лундберг, Рютгер Брэннлид и Руфус Лагергрунд все состояли в крупном местном клубе в Эскильстуне, как раз в то время. И сейчас кто-то уничтожает как исполнителей, так и жертв тех манипуляций. Но кто?

– Я все больше убеждаюсь в том, что пляжные убийства – кроме первого – совершены из милосердия, – сказал Бергер. – Убийца обращается с трупами очень бережно и уважительно, он хочет освободить их из ледяного плена. Они ведь, по сути, уже мертвы. Но не упокоены. А он дарит им покой. Причесывает, приглаживает бороду.

– Удивительный временной парадокс, ты не находишь?

– О чем это ты?

– Первая из жертв убила более поздних по времени.

Бергер и Блум обменялись многозначительными взглядами.

– Если первая жертва действительно Уолтер Дальберг, ты права, – произнес наконец Бергер. – По-своему права.

– Наш труп не обязательно Дальберг, – возразила Блум. – Это может быть какой-нибудь клиент. Кто-то, кто требовал невозможного от человека и в результате нанес ему сильную травму. И только теперь, по прошествии двадцати лет, этот человек встал на ноги и приготовился мстить.

– Или возможная жертва? – предположил Бергер. – Которой удалось сбежать?

– А может, родственник или любимый человек кого-то из жертв?

– Вариантов много… Ты не нашла фотографий Уолтера Дальберга или Уолта Дальбери?

– Только ту, ужасного качества, из газеты, но учитывая, как выглядело лицо жертвы…

– А что насчет СМИ в Вестеросе? Или в США?

– Похоже, Уолтер держался в тени, – сказала Блум. – Пока ничего.

Собравшись с мыслями, Бергер подвел итог:

– Если жертва – Уолтер, значит, убийца сначала уничтожил мозг всего предприятия, затем первую и вторую жертв, и только потом подчиненных. Каким-то образом он от всего этого пострадал: жуткие попытки Уолтера продлить жизнь, замороженные жертвы, банда «Hells Angels», похищавшая генетически подобранных жертв по всему миру. Убийца где-то в эпицентре всего этого.

И тут раздался телефонный звонок.

В стенах огромной роскошной виллы в Стэкете повисло выразительное молчание. Потом Тилли Дальбери, она же Матильда Дальберг тяжело вздохнула и принялась рассказывать:

– Наверное, я смогу точно сказать, с чего все началось. Конференция по генетике весной тысяча девятьсот семьдесят восьмого года в Стокгольмском университете. Ему тогда было тридцать пять – врач, кандидат наук по микробиологии (которую я как раз изучала). Он был для меня примером. Никогда не забуду наш разговор в тот вечер, в новом, только что открывшемся парке Фрескати. Мы говорили о том, какое значение генетика имеет для будущего биологии и вообще человечества. Ему казалось, что он заглянул прямо в будущее и увидел, что мы взяли эволюцию под свой контроль, что мы теперь вольны сами распоряжаться тем, что раньше считалось случайностью. Я влюбилась в него, и два года спустя мы поженились. К тому моменту он уже унаследовал этот дом от отца, замкнувшего цепочку потомственных врачей – его предок, Нильс Дальберг, был лейб-медиком Густава III. Именно этот предок констатировал смерть короля после выстрела на маскараде.

Она замолчала. Взгляды сыновей были прикованы к ней, как и взгляды Бергера и Блум. Казалось, братья слышат этот рассказ впервые. Она продолжала:

– Однако прошло немало времени, прежде чем мечты начали сбываться. Уолтер работал врачом и читал лекции в университете, а одновременно с этим потихоньку двигался к своей цели. Лишь через десять лет он основал «ATCG Biotech». Предварительно прочитав все, что можно, о продлении жизни. Теперь он собирался реализовать эти смелые идеи. С самого начала у него возникли тесные связи со Штатами.

– Что именно делал Уолтер?

– Проводил эксперименты по разных направлениям: омоложение тканей, стволовые клетки, молекулярное восстановление, генная терапия, пересадка органов, крионика. Занимался всем, чем только можно. Исследовал всю отрасль вдоль и поперек, в том числе и на предмет возможной монетизации.

– Крионика? – переспросила Блум так, словно никогда раньше не слышала этого слова.

– Замораживание. Правда, крионика возникла позже, когда мы уже открыли крупное предприятие в Вестеросе. Но основы крионики он начал изучать еще здесь, проводя эксперименты вместе с практикантами, которые вечно копошились у нас в подвале. Честно говоря, в то время дом выглядел ужасно. Когда он предложил вернуться на виллу, я была не в восторге. Я бы лучше поселилась на моих любимых Гавайях – у «Гипериона» совершенно чудесное отделение на Гавайях. В конце концов я согласилась переехать сюда, но настояла на том, чтобы полностью отремонтировать виллу. И смотрите, как красиво получилось.

– А что за практиканты к нему приходили?

– Уолт всегда находил народ среди студентов университета. Например, мои однокурсники.

– А имена вы не вспомните? – спросила Блум.

Матильда Дальберг, которая до сих пор явно получала большое удовольствие от своего рассказа, резко замолчала и бросила на Блум подозрительный взгляд.

– Но как это может быть связано с исчезновением Уолта?

Блум отпрянула.

– Просто я должна предоставить заказчику как можно более подробный отчет, – сказала она. – Вот и все.