— Ты? — некрасиво открыла рот женщина. — Значит, ты…

— Да, это я, Красуля… Что, не веришь? Думаешь, беру на понт?…

— Не верю, — онемевшими губами прошептала женщина. — Столько лет вместе… Нет, не верю…

Широкоплечий, коротконогий мужчина улыбнулся. Странно, но диковатое его лицо, освещенное улыбкой, потеряло зверское выражение, потеплело. Он повернулся к сыщику, развел руками. Дескать, вот какая сложилась обстановка, может быть, поможете?

— Не верит, товарищ майор, подтвердите…

— Спасибо, друг!

Клименко обнял Мальчика.

Несколько минут Красуля стояла, поникнув, с серым лицом кандидата в покойники. Они никак не могла понять случившегося. Хвост, верная собака, с которым столько раз она побывала в переделках — мент? Скорее можно заподозрить Петеньку или Жадюгу… Но Хвост?

Наконец, опомнилась. Что-то надо делать, нельзя распускаться и задирать вверх лапки. Решительно, будто она — хозяйка в этой квартире, направилась к стоящему на тумбочке телефону. Омоновец сделал попытку остановить ее, но Клименко не разрешил.

Куда собирается звонить Красуля, у кого намерена найти защиту?

Наманикюренный изящный пальчик ловко забегал по клавишам. В центре Москвы рядом с супружеской кроватью мелодично заиграл телефон. Полный мужчина с залысинами проснулся, что-то невнятно промычал и поднял трубку.

— Слушаю вас?

— Виктор Иванович, простите за ночной звонок, нарушить ваш покой меня заставили особые обстоятельства… Сотова беспокоит.

Видный правительственный чиновник, фамилия которого произносилась либо с восторгом, либо с ненавистью, окончательно проснулся.

— Что произошло, Надежда Савельевна?

Красуля метнула на сыщика предупреждающий взгляд. Дескать, не вздумайте прервать разговор, вам это дорого обойдется. Заинтересованный Клименко, записал в книжку отслеженный номер, согласно кивнул. Говорите, говорите, мне интересно, что вы скажете неизвестному абоненту. Завтра же сыщик выйдет на него, пощупает, просветит. Авось, удастся с помощью Сотовой засечь еще одну банду.

Голос Надежды Савельевны разливался трелями маленьких колокольчиков. Она уже полностью овладела собой.

— Странная история, Виктор Иванович. Меня навестил один бизнесмен из Германии. Допоздна просидели за деловым контрактом. О чем речь, говорить не стану — не интересно. Решила проводить его до машины. Конечно, в сопровождении одного из своих телохранителей… Вы его знаете — рыжий парнишка, Петенька. Во время вашего последнего визита в скромную мою обитель Рыжик прислуживал нам за столом…

Вообще-то, Ганса можно и не выручать, он при появлении милиции, не сомневаясь, подставил «компаньоншу». Но Красуля отлично понимала — оставить немца в лапах уголовки, все равно, что самой сдаться на милость сыкарям. Немец молчать не станет, спасая свою шкуру выложит все, что знает и о чем только догадывается.

— Помню, — односложно подтвердил полный мужчина. Поднялся с кровати и заходил по спальне. Происшествие с Сотовой заинтриговало его. — Надеюсь, на вас не напали?

— Именно, напали. Неизвестные люди скрутили, бросили в машину и привезли на квартиру известного коллекционера Моревича… А дальше случилось вообще что-то непонятное. В квартире грабителей ожидала милицейская засада. Их схватили. Заодно — и нас с Гансом… Представляете? Начальник, или командир — не посвящена, выдвинул идиотское обвинение. Будто честная женщина, отдавшая все свое состояние для блага государства, возглавляет банду уголовников… Вы ведь отлично знаете меня…

— Фамилия сыщика?

Красуля прикрыла ладошкой мембрану. Обратилась к Клименко. Миролюбиво и ласково, будто к напаскудившему любимому щенку.

— Простите, ваша фамилия?

— Клименко, — с такой же улыбочкой ответил сыщик. — Кто интересуется?

— Сейчас узнаете, — и — в трубку. — Клименко.

— Пусть подойдет к телефону.

Надежда Савельевна, продолжая улыбаться, жеманно протянула трубку сыщику.

— Слушаю вас?

— Вы превысили свои права, задержали ни в чем неповинную женщину вместе с ее зарубежным другом и телохранителем. Немедленно извинитесь и доставьте на вашей машине домой… В крайнем случае возьмите подписку о невыезде. Я, со своей стороны, утром позвоню вашему министру. Пусть разберется со своими подчиненными…

Гнев охватил Василия. С такой силой, что побелели костяшки пальцев, сжавшие трубку. Напряженные до предела нервы не подчинились разуму. Слишком велика нагрузка: выслеживание отставника, схватка с жетоновскими боевиками, наконец, устройство засады в московской квартире Моревича.

Сыщик не проговорил — проскрипел.

— Кто вы такой?

Полный мужчина четко и внятно отрекомендовался.

Клименко открыл рот. Красуля с издевкой послала ему воздушный поцелуй.