— Даша!

Оборачиваюсь на звук знакомого голоса и вижу приближающегося ко мне в компании двух мужчин отца.

— Здравствуй, папа, — я скованно улыбаюсь, ощущая на себе заинтересованные взгляды. Я не часто бываю на мероприятиях такого рода, так что ничего удивительного, что люди рассматривают меня так внимательно — здесь не так часто появляются «новички».

— Моя дочь, Даша, — представляет меня отец мужчинам. — Петр Алексеевич Ладыгин и его сын Максим.

— Добрый вечер, — здороваюсь я, вспоминая, где уже слышала эту фамилию. Если мне не изменяет память, Ладыгины как-то связаны с транспортными перевозками, и отец говорил о том, что хочет познакомить меня с их наследником. Полагаю, этот момент настал.

— Приятно познакомиться, Даша, — с искорками интереса в карих глазах, произносит Максим. — Твой отец много о тебе рассказывал.

Этот обмен любезностями служит началом светской беседы. Максим и Петр Алексеевич оказываются приятными собеседниками, которые ведут себя вежливо и непринужденно. Так что после нескольких обменов шутками, я даже немного расслабляюсь.

— Шампанского? — предлагает Максим, жестом подзывая официанта.

— Благодарю, — отзываюсь я, едва пригубив игристое.

Внезапно атмосфера в нашем тесном кругу неуловимо меняется. Я вдруг вижу, каким напряженным становится лицо отца, как хмурится старший Ладыгин, смотря куда-то за мою спину. И отчего-то в этот миг я тоже начинаю нервничать — затылок покалывает, кожа на предплечьях покрывается мурашками.

— Какая приятная встреча, — раздается за моей спиной густой низкий голос, который кажется мне странно знакомым.

Я резко оборачиваюсь, так что шампанское проливается из бокала. И оказываюсь лицом к лицу с человеком, встречи с которым я боялась как огня. Стальные глаза, надменный изгиб бровей, насмешливая улыбка. И взгляд — пронизывающий и холодный.

— Миллер, какая неожиданность, — словно сквозь сон я слышу напряженный голос отца.

— И не говорите, Игорь Валерьевич, — с насмешкой произносит Андрей Миллер. Только вот смотрит от не на отца. Все его внимание сосредоточено исключительно на мне.

Андрей

Смотрю на девчонку в упор и не верю своим глазам. После ее побега из клуба я пытался отыскать ее, но пугливая танцовщица словно сквозь землю провалилась, а все ниточки выводили моих людей на совершенно других девушек. И вот теперь я вижу ее здесь в компании министра Немцова? Как такое, черт возьми, возможно?

Девчонка впивается в меня напряженным взглядом, а ее выразительные глаза безмолвно умоляют: «Не выдавай».

Даже не знаю, милая. Твой отец не в курсе, чем ты занимаешься по вечерам? На что ты готова ради того, чтобы сохранить наш маленький секрет? Ставки только что крупно повысились. И, кажется, я в выигрыше по всем фронтам.

В этот момент я могу рассмотреть ее как следует: привлекательное лицо с высокими скулами, аккуратным носиком и естественно припухлыми губами, явно без вмешательства косметолога, серебристые волосы, сегодня стянутые в строгий пучок, и потрясающая фигура, подчеркнутая элегантным платьем, – есть отчего прийти в восторг. Именно ее фигура, хрупкая и одновременно женственная, привлекла мое внимание при первой встрече — изящная тонкая талия в сочетании с небольшой упругой грудью, которая идеально поместится в моей ладони, и длинные стройные ноги еще тогда заставили мою выдержку, накопившуюся за годы праздных отношений с противоположным полом, пошатнуться. Теперь же, когда я вижу ее без боевого раскраса на лице, в этом платье и в такой обстановке, желание познакомиться с ней поближе затмевает собой все остальное. Даже здравый смысл.

— Не представите вашу спутницу? — обращаюсь к Немцову, который настороженно следит за каждым моим движением.

Далеко ходить не нужно — это его дочь, я это знаю наверняка, сложив дважды два. Тот же овал лица, та же мимика и зеленые глаза. Именно они являются визитной карточкой этого семейства.

— Моя дочь — Дарья, — нехотя отвечает он.

С уверенностью могу сказать, будь мы здесь одни, министр не стал бы тратить на меня свое время и уж тем более не представил дочь. Наши отношения слишком плохи, для того чтобы знакомить меня со своей наследницей. Но поскольку в компании присутствуют посторонние люди, Немцов, как публичный человек, должен держать лицо, что безусловно играет мне на руку.

— Рад знакомству, Дарья Игоревна. Андрей Миллер.

Я протягиваю ей ладонь, будучи уверенным, что она не примет ее, но девушка удивляет — она вкладывает свои изящные пальцы в мою руку. Секунда, две, наши глаза встречаются, а воздух вокруг начинает потрескивать от едва сдерживаемого напряжения. Через мгновение будто вспомнив, где находится, девчонка аккуратно высвобождает свою руку и тихо произносит:

— Приятно познакомиться, Андрей.

— Удивлен, что вы пришли сюда сегодня, — говорит Немцов, явно раздосадованный моим вниманием к дочери.

— Не мог пропустить праздник, — с усмешкой произношу я. — Тем более, до недавнего времени я числился в списке приглашенных.

— Все меняется. Кому, как не вам знать об этом, — не унимается министр, даже не пытаясь скрыть, что это он приложил свою руку к тому, чтобы из этого самого списка меня удалили.

— В этом я с вами полностью согласен, Игорь Валерьевич, — говорю я, перехватывая взгляд зеленых глаз, которые вот-вот прожгут во мне дыру.

Бокал дочери Немцова пустеет, что совершенно точно не нравится ее отцу. Он кидает быстрый взгляд на Дашу, чуть заметно хмурясь, а затем возвращает свое внимание на меня.