— Само собой. Скажу больше, хозяин этого места мой приятель.

И точно.

Едва мы входим, как к нам направляется какой-то мужчина средних лет. Они с Демидом приветствуют друг друга, хлопают друг друга по плечам.

Я заключаю, что кое-что он все-таки помнит. Видимо его память начала восстанавливаться избирательно.

Интересно, что это за место? Где оно находится?

Демид требует комнату, горячую ванну, чистую одежду и ужин. Хозяин заведения, тут же отдает приказ громким голосом.

В дверном проеме показывается молодая девушка, одетая в длинное крестьянское платье. Она довольно миловидная, даже, можно сказать, красивая. Демид подмигивает ей и та, смущаясь и краснея, тут же скрывается из вида.

Явно, эти двое знакомы. Мне кажется даже, что знакомы довольно близко.

— Кто это? — спрашиваю я, снедаемая мощнейшим уколом ревности, едва хозяин этого места скрывается за одной из дверей вслед за девушкой. Даже не думала, что может быть так больно.

Демид чуть оборачивается.

— А, ты все еще здесь.

Я чувствую, как щеки начинают гореть.

— Да, я все еще здесь, представь себе.

— Если у тебя нет кредита, тебе не получить здесь комнаты.

Приглядывается ко мне, а я хмурюсь.

Не только нет кредита, но еще и денег, если они тут в ходу. Да и вообще, я не рассчитывала, что начнутся такие сложности.

— Тебе что, некуда идти?

Какая наблюдательность.

— И денег нет… — тянет с ухмылкой.

А потом переводит наглый взгляд на мои губы.

— Даже не думай, — прерываю поток его мыслей, — и вообще. Все у меня есть. Давай, счастливо оставаться.

Я разворачиваюсь и выхожу из заведения, резко хлопнув дверью.

Спускаюсь с крыльца, делаю несколько шагов по двору, останавливаюсь.

Руки дрожат, ноги не слушаются, на глаза навертываются слезы. И все это под болезненные спазмы желудка.

Ну, и что теперь?

Что за фигня вообще творится?

Вздрагиваю, так как мне кажется, что кто-то пристально смотрит мне в спину. Оборачиваюсь.

Демид стоит на крыльце, сложив руки на груди и наблюдает за мной.

— Что еще? — говорю я, а сама готова расплакаться.

Особенно от мыслей, что та девушка, сейчас, должно быть, готовит ему ванну. А дальше все понятно. Она будет вертеться вокруг, потому что я видела, как она на него посмотрела. А он ей подмигнул. Она подойдет, наклонится и он с ней… она с ним…

— Куда намылилась? — спрашивает Демид.

— Не твое дело!

— Ванну я попросил для тебя. Обед предлагаю разделить на двоих. Насчет комнаты… это уже решать тебе. Если что, приставать не буду.

Я молчу.

— В общем, решай.

Демид отлепляется от деревянной балки и уходит обратно внутрь.

Я вздыхаю.

Ладно, что еще делать.

Я настолько вымотана, что согласна почти на все.

Следом за Демидом захожу в скромно обставленную комнату, осматриваюсь по сторонам. Стандартный набор мебели, большая кровать. Все сделано из необработанного дерева темной породы. В углу ширма, а за ней большая широкая бочка, до краев наполненная водой. На поверхности плавает ковш, а от самой воды поднимается пар. Тут же висят чистые простыни и какая-то одежда.

Мое уставшее тело тут же просит меня поскорее залезть в эту воду, и я поспешно отвожу от нее взгляд.

— Располагайся, прими в ванну, — говорит Демид, но я не спешу следовать его указанию.

— А ты? Что будешь делать ты все это время?

Демид закатывает глаза.

— Расслабься, детка. Не собираюсь я к тебе приставать. У меня вообще другие планы.

И идет к двери.

— Как минимум минут сорок у тебя есть. Потом я за тобой зайду и спустимся на ужин.

Демид исчезает за дверью, а я снова разворачиваюсь к воде. Подхожу к бочке, трогаю пальцем воду.

Приятная, то, что нужно. Надо бы поскорее скинуть одежду и окунуться, пока вода не начала остывать. Но что-то останавливает.

В этот момент до моих ушей явственно доносится переливчатый женский смех.

Я вся замираю и напрягаюсь.

А потом спешу к выходу из комнаты.

Выглядываю в коридор и прислушиваюсь. Смех повторяется.

Вот же черт.

Почему-то я уверена, что смеется та самая девушка, что я видела внизу. Но вот почему она смеется…

Я заворачиваю за угол и застываю, теперь прекрасно понимая, почему.