Шрифт:
Всего на секунду, и я тут же соскальзываю вниз. Зажмуриваюсь и утыкаюсь носом ему в грудь.
И задыхаюсь, буквально сгораю изнутри.
А тело заходится от какой-то необъяснимой внутренней дрожи, которую я пытаюсь скрыть, еще сильнее прижимаясь к нему.
Сошла с ума. Ну точно, просто сошла с ума. Хоть это и нельзя было назвать поцелуем, но все же… сошла с ума.
Меня уже даже не сильно заботит, куда он меня перемещает. А вдруг это та самая ловушка, о которой предупреждал Сафрон? Где он лишит меня силы.
«Бред, сама подумай».
Я дергаюсь от этого нового голоса в моей голове. Уже точно знаю, кому он принадлежит и меня вводит в краску это бесцеремонное вторжение. А вдруг он узнает, насколько я вся намокла только от одного мимолетного касания?
Если бы он не держал, я бы оттолкнулась, закрутилась в этом вихре и исчезла бы в неизвестном направлении. Часть меня так хочет этого, лишь бы только не встречаться снова с его взглядом, лишь бы не догадался. А другая часть…
«Поцелуй был такой себе. Но ничего не поделать, ты должна была сделать это первой».
Отвали! Вон из моей головы!
«Обещаю, что следующий наш поцелуй будет гораздо горячее. Ты не сможешь устоять на ногах, а потом сама попросишь повторить».
Пошел вон! Ненавижу! Ненавижу тебя, ненавижу!
«Это был лучший поцелуй в моей жизни, Ульяна, я так ждал».
Глава 13
В нос ударяет запах сырости, и как только я оказываюсь способна воспринимать окружающее, я понимаю, что узнаю это место. Мы с Демидом находимся в том самом подземном гроте, куда приводил меня Сафрон, когда я решила избавиться от метки Демида.
Я, конечно, могу ошибаться, но мне все же кажется, что это то самое место. Да вот и проход. Так называемая граница, за которой, со слов Сафрона, перестают действовать наши магические силы. И если шагнуть вон в тот проем, а затем пройти вперед по тоннелю, мы окажемся в точно такой пещере, только побольше. Где на страже стоят несколько страшных гоблинов.
Мое тело содрогается при воспоминании о той невыносимой боли, что я испытала, пока одноглазая Мадлена избавляла меня от тату Демида, и теперь мои ноги неосознанно прирастают к полу.
— Зачем мы здесь? — спрашиваю я.
Чувствую, как мой голос вибрирует от волнения. Потому что не собираюсь идти туда снова, ни за какие коврижки.
— Чтобы избавить тебя от голосов, — отвечает Демид.
— Нет, я не пойду туда, — мотаю я головой.
А потом вцепляюсь в Демида и начинаю его уговаривать.
— Демид, не пойдем туда, пожалуйста. Я не хочу. Мы уже были здесь с Сафроном, когда я решила избавиться от твоего тату и это оказалось ужасно больно.
— Я знаю.
Но его слова совершенно меня не успокаивают, а только злят.
— Знаешь? Ни черта ты не знаешь! Откуда ты можешь знать? Откуда тебе это знать?
Он молчит, а меня снова начинает потряхивать. И я никак не могу контролировать такую реакцию своего тела на недавние болезненные воспоминания.
— Иди сюда, — произносит Демид и тянет меня на себя.
Обнимает и я совершенно не сопротивляюсь.
— Я туда не пойду, — повторяю я снова, а потом еще раз, словно заведенная. Уже даже готова расплакаться.
— Шшш, Ульяна, все хорошо, — произносит Демид хрипло.
Он гладит меня по плечам, я чувствую его поцелуи в мои волосы.
— Успокойся. Обещаю, в этот раз никакой боли ты не почувствуешь.
— Только, не надо говорить, что ты знаешь!
— Ладно, пусть будет, не знаю. В любом случае, волноваться не о чем.
— Хорошо, если так, — произношу уже на тон ниже.
В его объятиях и от его слов мне становится намного легче. Страх уходит, а тело постепенно начинает расслабляться.
— Веришь мне? — спрашивает Демид.
— Да, — произношу я и сглатываю.
— Хорошо.
Демид отпускает и берет меня за руку.
— Тогда идем, — говорит он и я киваю.
— Идем.
Дальше у меня начинается дежавю. Тот же длинный тоннель, который к концу сужается так, что становится тесно. Тот же прохладный полумрак. Только сопровождает меня теперь сам Демид, и из-за этого впечатления несколько другие. Нет того сосущего под ложечкой страха неизвестности, что неотступно следовал за мной в путешествии с Сафроном, пусть он мне и дед.