Олеся

Руслан приехал спустя час, как и обещал. Мои ладони взмокли от волнения: я нервно мерила студию шагами в ожидании друга детства. Шумиха в офисе не утихала. Таня была полностью поглощена процессом, вовсе позабывав о том, что я пригласила модель со стороны.

— Это он? — скользнув глазами по лицу и телу Руслана, Таня театрально опустила уголки губ в немом одобрении. — Отлично. Слышала, у тебя даже имеется опыт работы, — продолжила она, переходя на официальный, деловой тон.

Руслан был безупречен. Парень приехал в студию, облачённый в строгий дресс-код: в белой, идеально выглаженной офисной рубашке с галстуком, черных брюках, и легко наброшенной кожаной куртке на одно плечо, что немного расслабляло его образ. Скромно и по-деловому, как и полагается сотрудникам «серьезных» компаний, таких, как Газпром. Таким его я еще не видела и неосознанно, обомлела. Отвернулась, пряча свои наглые глаза, желающие повнимательнее рассмотреть привлекательного паренька, подольше.

Тем не менее, взгляд от него было отвезти сложно: под чётким прицелом всеобщего внимания, парень гордо вскинул подбородок, и поддев куртку с плеча указательным пальцем, передал ее мне и подошел к костюмерше, чтобы обговорить детали съемок. Держался он уверенно, без толики смущения. Послышались перешептывания где-то на противоположном конце студии, где несколько моделей-женщин неустанно обсуждали «новую» модель, не сводя глаз с парня.

— Танюш, что будем делать? — поинтересовалась Инга.

Я сильнее сжала куртку, сохранившую его тепло и восхитительный аромат парфюма, в своих руках. Покачала головой, чтобы послать мимолётные, глупые мысли, к чертовой матери. Этого мне еще не хватало.

— Переоденьте его, — парировала коллега, отдавая указания.

Поправив подолы своей прямой юбки, Таня вздернула подбородок и с триумфальным видом прошла вдоль рядов. Это значило, что происходящее ее более чем удовлетворило. Ну наконец-то.

Руслан встал спиной к нам, скрываясь за шторой с прорезями. С ощущением крадущегося вора, озирающегося по сторонам для уверенности, что никто не заметит, я стала украдкой наблюдать за парнем. Сначала с неподдельным интересом, радостью и с чувством гордости за друга. Его белая рубашка сильно облегала крепкое тело, мощную спину и руки, ведь даже пространство, именуемое в нашей среде «воздухом» между телом и одеждой, не могло скрыть его потрясающей фигуры. Парень ловко стянул с себя рубашку, обнажаясь…

Вот черт.

Я сделала шаг назад, отвернулась, чтобы уже повесить его куртку, которая все это время покоилась на моем предплечье, на вешалку.

— Где ты его нашла? — вкрадчиво обратилась Таня в самый разгар съемок.

Понуро опустив голову, я на протяжении десяти минут праздно бегала глазами по буклету, не желая наблюдать за съемочным процессом. Было сложно.

— Это братик Сережи, — пробубнила я.

Уменьшительно-ласкательные словечки в отношении этого парня звучали уже вопиюще непристойно. Наверное, я мысленно пыталась уберечь себя от возможности посмотреть на него как на мужчину.

— Твоего Сережи?! — она вскинула брови в неверии. — Серьезно?!

Выдохнув, кивнула, давая положительный ответ. На секунду наши взгляды с Русланом пересеклись и парень мне подмигнул. Мое сердце едва не подскочило к горлу от такого ребяческого жеста со стороны друга.

— Твой, конечно, красавец, — неожиданно продолжила она чуть тише. Инга бегала по студии вся измученная, с кучей вешалок в руках, возмущаясь. — Но братик такой чудесный, — с обожанием проговорила она.

В ее голосе не было ровным счетом ничего оскорбительного, или же вульгарного. Таня умела держать дистанцию там, где надо.

— Прям то, что нужно было, — обратилась она ко мне. — Бриллиант!

Он действительно чудесный. Несколько парней встали в ряд, принимая нужные позы для фото, а Руслан держался в центре, как и просила его Таня.

Я невольно залюбовалась парнем, плавно перемещая свой взор с коллеги на моего друга.

— А смотрит-то на тебя как, — захихикала подруга. Мое тело пропустило удар от ее слов, а руки, ютившиеся на столе, сразу же затряслись. — С обожанием.

— Конечно, — сглотнув, ответила с придыханием. В студии становилось невыносимо жарко. И время, словно, остановилось. — Я же его практически вырастила.

Бред, но это единственное, что сорвалось с моих уст. Таня бросила на меня укоризненный взгляд, отдавая команде распоряжение жестом, чтобы сменили фон и костюмы.

— Ну ты это, мать, — она помотала головой, скрещивая руки на груди. — Загнула.

Парни вернулись к съемкам в новых образах, уже под руку с девушками. Леша, который до этого работал без особого энтузиазма, словно ожил, взбудоражился, щелкая фотоаппаратом без устали.

— Сколько ему лет, чтобы ты его вырастила, — процедила она сквозь зубы, коря меня за глупую реплику.