— Хорошо. Я разрешу тебе увидеться с ней, если мы договоримся. Между нашим сегментом и наркодилерами назревает новый конфликт. Чтобы не повторять бойню, которая унесла множество жизней мирного населения, я ударю по Алиеву первым. У меня есть сильная команда, хорошо обученные люди, но этого недостаточно, чтобы свернуть шею бизнесу Сабира. Мне нужно больше верных людей, нужны союзы с сильными семьями, чтобы не получить удар в спину, когда все начнется. Твой отец не внушает доверия и заключать сделку с ним я не буду. Мне проще и безопаснее вырезать весь ваш род по мужской линии, чем заключать с ним подобный договор. А вот с тобой, Оскар, мы можем прийти к соглашению.

— Интересно, — кивает он. — Слушаю.

— Я знаю, что далеко не все ваши люди довольны его нынешней политикой ведения дел. Излишняя жестокость, шантаж, бессмысленные убийства. Это все говорит о неуверенности твоего отца в себе. Остальные это чувствуют. Твоя задача максимально аккуратно пообщаться с этими парнями и убедить их встать на мою сторону, когда придет время. Во главе своих людей встанешь ты, как и во главе рода, когда все закончится. Напомни им, сколько крови было пролито в прошлый раз. Я знаю, что среди твоих парней, — намеренно делаю акцент на слове «твоих», — есть те, чьи женщины и даже дети пострадали. Есть те, кто пришел к вам уже после того, что случилось для того, чтобы был шанс отомстить. Все знаю, кто развязал ту войну. Надо лишь правильно выставить акценты.

— Что с местными властями и СМИ? — парень задает очень верный вопрос.

— Они отвернутся, я позабочусь. Потом откупимся лаврами, якобы это они победили злого и страшного Сабира Алиева.

— Мне нужны гарантии, если я в это ввяжусь, — он начинает торговаться. Хороший знак.

— Излагай, — согласно киваю.

— Мне плевать на то, что будет с отцом. Матери и няне Ясны нужна защита. Эти женщины были добры ко мне в детстве. Хочу отплатить. Но это не все. Когда все закончится, я хочу вывести свою семью из этого бизнеса. Будет ли готова твоя семья принять его на себя?

Умный парень. Знает, что из такого бизнеса не уходят. Его невозможно взять и просто закрыть, как какую-то фирму. В него затянут весь мир, политика и много всякого дерьма, которое не выйдет разгрести. Такой бизнес можно лишь передать в другие руки и надеяться, что уйдешь из него живым. Только вот у меня на этот чертов бизнес тоже есть планы, но Оскара они уже не коснутся. Я постараюсь сделать так, чтобы он уехал из страны к тому времени, когда я начну расставлять последние точки в этом деле.

— Да. Я приму у тебя и все дела, и твоих людей, которые захотят остаться. Заранее подготовь отход и место, где тебя точно никто не станет искать. Если понадобится помощь с документами, скажи, я через свои каналы сделаю чистые.

— Мы договорились, — Оскар протягивает мне руку. Крепко сжимаю его ладонь и приглашаю в свой дом в ближайшее время, чтобы он смог увидеть младшую сестру.

После встречи с ним еду в бараки. Лично проверяю наши склады, количество боеприпасов. Этого хватит, чтобы обеспечить всех вставших на мою сторону людей.

Мы ужинаем там же, на складах, вместе с бойцами, а после идем пострелять, чтобы расслабиться.

Гоняю их по рукопашке. Сам встаю в спарринги прямо посреди двора, не боясь испачкаться в пыли и песке. Тело довольно откликается, мышцы тянутся, приятно ноют от напряжения. По обнаженной спине течет пот. Легкий ветер тут же охлаждает кожу до мурашек.

Закончив, здесь же принимаем по очереди душ и открываем пиво. По телу расползлась приятная усталость. Вытянув ноги, прислоняюсь спиной к стене одного из бараков и смотрю, как двое моих парней еще возятся на песке, пытаясь отработать сложный прием.

Допив пиво, ставлю бутылку из темного стекла у стены, накидываю на плечи рубашку и прощаюсь со всеми. Беру водителем того, кто не пил. Еду домой и уже представляю, как проведу остаток этой ночи.

Из тачки выхожу, поправляя стояк в штанах и с предвкушением улыбаясь несмотря на то, что после тренировки у меня кровит и ноет рана под ребрами. Прошлую ночь я провел в обществе жены, хоть у нас ничего и не было, а сегодня я не стану отказывать себе в удовольствии и войдя в дом, сразу сворачиваю в крыло Ясны.

Камиль

Она спит, как всегда, свернувшись под одеялом. Не спешу подходить. Стою и смотрю на уютный комок, стягивая с плеч рубашку. Повязка по центру пропиталась кровью и мне бы ее сменить, но я не хочу терять ни секунды.

Стараясь не шуметь, к рубашке кидаю брюки и медленно двигаюсь к кровати, вновь ощущая себя хищником рядом с хрупкой добычей. Только эта добыча влюбилась в своего зверя и это так странно, так противоестественно, но так завораживающе.